Деграданс

Кто-то должен ответить… Кто-то обязательно ответит за все… Полупрозрачная кофточка… Полоска открытого живота… Они все тут посбесились… Эта сучка, наверное, всю ночь каталась под Калининым. На Ведакова ей наплевать…

Нежные очертания чуть оплывших грудей…

Что за ткань? Ничего не скрывает…

– Саша…

– Подойди сюда.

– Саша! Зачем? Я боюсь.

Шивцов оборвал перепалку:

– Чего ты боишься?

– Тебя!

– А его не боишься? – указал на Калинина.

– Его не боюсь.

– А Ведакова?

– Не боюсь! – закричала Ксюша.

– Потому и спишь с кем попало?

– Тебе-то что?

– Спал он с тобой?

Ксюша не выдержала:

– Спал!

Люди у бассейна вновь присели на корточки.

«Может, ревнивый муж? Может, не террорист? Да нет, похож на журналиста этот кудрявый… Ну и что? Может, с женой чужой, а его прихватили… Такое нынче сплошь и рядом…» По шепоткам, бегающим по залам, чувствовалось, что заложники понемногу теряют страх. Охранник, например, открыто просил булавку.

– Витя, – запаниковал Калинин.

 – Чего ты пристал? Спал, не спал. Какая разница? Да и не было ничего между нами.

– Ну так вставь ей прямо сейчас! – заорал Шивцов.

– Витя, у меня камера работает.

Шивцов искоса глянул на стеллаж, где на средней полочке был аккуратно пристроен калининский мобильник со встроенной видеокамерой и прямым выходом в Сеть.

– Хочешь сказать, нас видят?

– Пока нет. Пока я только делаю запись.

– Ну вот и оттрахай эту шлюху. Ты ведь этого хотел вчера? А потом пусти в эфир.

Пусть все увидят. Пусть Андрюша Ведаков полюбуется на своего приятеля!

Шивцов встал и расставил ноги.

Охранник позвякивал наручниками, какая-то женщина пыталась помочь ему. Два очкарика, студенты, наверное, трусливо, но упрямо заходили сбоку. Ртутно поблескивал в бассейне кровавый раствор.

Один очкарик остановился.

Но второй машинально сделал еще шаг.

В руках у него была бутылка. Обыкновенная пластиковая бутылка.

Наверное, брал с собой минералку.

День душный начинался. Но кто может знать, что там, в этой бутылке? Шивцов с расстоянии в три-четыре метра в упор расстрелял студента из пистолета. Ничего не видел, какие-то темные волны перед глазами. Только темные бегущие волны, и сквозь них вроде взлетели в воздух обрывки мышц задетой пулями мумии. Очкарика отбросило на белую стену, он сполз по ней, оставляя на белой краске кровавый след. Заложники негромко завыли.

– Возьми ее! – заорал Шивцов.