Палач

 – Но вы по какой-то непонятной причине тратите время, причем не только свое, но и мое, проявляя странное участие к тому единственному, кто заслужил смерти!

– Мы просто хотим кое-что узнать, – вмешался Эткинс, пытаясь разрядить обстановку, – рядом с телом была обнаружена улика… скажем так, религиозного свойства.

– Ее мог оставить кто угодно, – возразила Эмили.

Собеседники обменялись взглядами, по которым она определила, что ей рассказали далеко не все.

– Вы располагаете какими-либо сведениями о нынешнем местонахождении специального агента Руша?

– Насколько мне известно, агент Руш мертв! – гневно бросила она.

– Вы действительно на этом настаиваете?

– Насколько мне известно, агент Руш мертв! – повторила Бакстер.

– Значит, вы видели его те…

Доктор Престон-Холл, штатный психотерапевт столичной полиции, четвертый участник этой беседы, откашлялась. Синклер осекся, уловив невысказанное предупреждение, откинулся на стуле, закатил глаза и отвернулся к зеркальному окну.

Эткинс нацарапал что-то в своем засаленном блокноте и придвинул его к врачу.

Доктор была ухоженной женщиной немного за шестьдесят. Ее дорогие духи в сложившейся ситуации играли роль освежителя воздуха, правда, неспособного затмить всепоглощающий запах отсыревшей обуви. Весь ее вид демонстрировал непринужденную властность, она с самого начала недвусмысленно дала понять, что прекратит беседу в любой момент, если посчитает, что характер задаваемых вопросов нарушит процесс восстановления душевного равновесия ее пациентки.

Она медленно взяла покрытый кофейными пятнами блокнот и прочла адресованное ей сообщение с видом школьной учительницы, перехватившей тайную записку.

Весь этот час доктор хранила молчание и теперь тоже не посчитала нужным его нарушать, поэтому в ответ на письменный вопрос Эткинса лишь отрицательно покачала головой.

– Что там? – спросила Бакстер.

Доктор ничего не ответила.

– Что там? – повторила свой вопрос детектив и повернулась к Синклеру.

 – Спрашивайте.

Того явно раздирали противоречия.

– Спрашивайте, – опять сказала Бакстер.

– Эмили! – вскинулась психиатр. – Больше ни слова, мистер Синклер!

– Да скажите уже, чего там, – с вызовом воскликнула Бакстер, и ее голос заполнил собой все небольшое помещение. – Вы хотите узнать про метро?

– Разговор окончен, – заявила доктор Престон-Холл и встала.

– Спрашивайте! – крикнула поверх ее головы детектив.