Чернильные цветы

Все, кроме выпендрежника Антона Кропоткина, который весь урок доставал ее своими комментариями и постоянно одергивал других ребят. Рокса в какой-то момент так устала его успокаивать, что почти была готова отправить в легкую эротическую прогулку, но только статус преподавателя сдерживал колкую фразу на кончике языка.

Звонок стал ее спасением. Глубоко выдохнув, она поблагодарила всех за урок и, чувствуя себя выжатой словно лимон, собрала свою сумку. Не дожидаясь Оли, она вышла из школы, жалея, что не может подойти к кучке курящих старшеклассников и стрельнуть сигаретку.

К черту позитивный пример и здоровый образ жизни! Гребаные детки, которым место в клетке, а не в школе, вымотали ее так, что стало глубоко пофиг на всякие заморочки из оперы: училка не должна курить.

Должна, еще как, иначе так и до ритуального жертвоприношения недалеко.

Мысленно повесив Кропоткина на черных прутьях ограды, Роксана чуть не налетела на Лу, которая как раз вытаскивала из кармана пачку сигарет.

– Нет времени объяснять, пошли в генер.

Рокса не знала, что такого Лусине увидела в ее лице, но она без лишних уговоров последовала за сестрой в соседний двор, который почему-то все школьники называли «генеральским».

– Дай сигарету, – едва они вошли в арку.

– Ты еще и куришь, – насмешливо передразнила Лу, протягивая сестре пачку.

– Ты просто не понимаешь, как тяжело быть учителем.

– Ученикам не легче, – фыркнула школьница, глубоко затягиваясь. – Ашки довели, да?

– Угу.

Они молчали, рассматривая друг друга, чувствуя неловкость и какое-то щемящее чувство.

– Лу, переезжай обратно?

– Не, – покачала головой девчонка. – Мне и так нормально.

Она так сильно старалась держаться отстраненно, что Роксана почти убедилась в том, что нужна ей. Она видела это в ее пальцах, теребящих край кожанки, и в том, как она переминалась на своих худеньких ногах. Ей показалось, что, если она протянет руку, то Лу ее примет. И она протянула.

– Ты же понимаешь, что нам все равно придется поговорить? Надо решить вопрос с маминой квартирой и оформить опеку или попечительство… Ты же не хочешь в детский дом или типа того? Лу, пойдем со мной, прошу.

– Рокса, я не могу. Запиши мой номер, ладно? Звони, если что-то будет нужно, но прошу, не лезь в мою жизнь.

В дымчатых глазах стояли слезы, которые медленно сползали вдоль носа вниз, оставляя грязные разводы от подводки. У Роксаны защемило в груди, когда сестра вытерла ладонью глаза так же, как в детстве.