Выбывшие

Ситуация была как в худшем кошмаре, как на картине про бурю. На пустом песчаном берегу оставаться было небезопасно и, приняв опрометчивое решение, я решила, что пора бежать. Схватила Тину за руку и мы двинулись в сторону моторной лодки, чтобы добраться до яхты в море. Это была яхта размером с дом в пять этажей, со стороны напоминала ракету. На верхней палубе кругом и фонарями обозначилась вертолетная площадка. Все сочетание яхты было в черном матовом окрасе. борты были золотого цвета, а в нижнем левом углу было название «LK».

Волны были невероятно высокие, ветер сильный, а дождь буквально лил из ведра, что оказавшись уже на борту, мы обе были промокшие до последней нитки. Мы забрались внутрь палубы, плотно закрыли за собой дверь и начали раздеваться в попытках скорее отогреться. Сквозь страх, оставшись в одном белье, я попыталась пробраться к своей комнате и найти сухие чистые вещи. Поднявшись до третьего этажа и войдя в свою палубу, машинально я побежала к гардеробной, где весели мои вещи.

Подошла к спортивному отделу с одеждой для плавания, схватив по паре свежего белья, лосины, обувь с носками, майки и кофты, я вернулась в комнату и швырнула сумку на кровать. Вспомнив о паспортах и деньгах, одним прыжком я оказалась у сейфа, ввела код и достала оттуда все содержимое: четыре пачки денег, скрученные резинкой, карточку и два паспорта. «Нужно это все защитить от воды», подумала я и побежала в ванну за термопакетом. Вернулась к кровати со всем добытым, я, упаковав в него все бумажные ценности, сложила в сумку пакет и вещи для Тины и заперла ее. Вспомнив, что все еще дрожу от холода и сырости, вернулась в ванную, за двумя полотенцами, одно бросила к сумке, вторым вытерла себя до максимально возможной сухости, быстро промокнула волосы, оделась и присела на кровать собрать мысли.

«Чувство тревоги, паника, беспокойство, страх», подумала я и заметила, что прошло ощущение одиночества.

– Ну хоть какие-то плюсы, – отметила я вслух.

Мне было тревожно за свою жизнь, я беспокоилась из-за незнания, как выбраться и что делать дальше, план попросту отсутствовал и я была озабоченна Тиной – она должна была выжить. Страх, самое гнусное чувство я отметила последним, это был страх за свою собственную жизнь. Я так мало успела и мне так много хотелось еще попробовать.

Посидев пару минут на кровати, позаботившись о себе и разложив свое состояние по полочкам, тревога начала отступать.