Хайд

Издалека, и всего лишь на секунду, Хайду показалось, что он смотрит на Хью Моррисона – рабочий был похож на него фигурой и цветом лица.

Из другого окна полицейской кареты капитан увидел стайку из четырех детишек на мостовой – они заглядывали в свежевыкопанную траншею и, тесно столпившись, что-то обсуждали, увлеченно строя детские козни. Пятый ребенок держался в стороне, словно был не с ними. Хайд пригляделся, и его ошеломило чувство узнавания, хотя было ясно, что это не может быть то дитя, о котором он подумал.

Девочка лет восьми – слишком маленькая, чтобы играть на улице без присмотра, – стояла в замызганной бедняцкой одежде; неестественно бледное лицо было перепачкано землей и глиной, как будто она только что вылезла из вырытой на дороге ямы. Она перевела на Хайда взгляд огромных зеленых глаз, а затем медленно и печально покачала головой, словно с немым укором.

Полицейская карета, кренясь, подалась вперед, и Хайд крикнул Маккинли в окошко, чтобы подождал. Но когда капитан обернулся, девочки у траншеи уже не было, остались только четверо других детей, чье внимание теперь переключилось на карету.

– Все в порядке, Маккинли, я просто подумал, что… – Капитан замолчал, тряхнул головой и вздохнул. – Ерунда, поехали в участок.

Хайд рассчитывал, что ему удастся хоть немного побыть одному в кабинете и привести мысли в порядок – требовалось время, чтобы выбросить из головы ту маленькую девочку, которая непостижимым образом напомнила ему другую.

Однако в участке капитана уже поджидали два офицера, всегда выполнявшие обязанности его заместителей.

Детектив-сержант Питер Маккендлесс, добродушный парень тридцати четырех лет, выглядевший из-за редеющих волос старше своего возраста, протянул Хайду темно-желтую папку:

– Рапорт доктора Аберкромби о внешнем осмотре трупа и полный отчет о результатах вскрытия от доктора Бёрр и доктора Белла, сэр.

– Спасибо, Питер, – кивнул Хайд.

– Но все, что нужно знать об этом деле, вы можете почерпнуть отсюда… – Маккендлесс вручил капитану газету.

На первой полосе «Эдинбургского комментатора» красовался набранный крупным шрифтом заголовок:

Эдинбургский комментатор

Повешенный из Дина:

РИТУАЛЬНОЕ ВЕДЬМОВСКОЕ УБИЙСТВО ИЛИ ПРЕСТУПЛЕНИЕ ТЕМНОЙ ГИЛЬДИИ?

– Быстро они, однако, – вздохнул Хайд и вернул газету Маккендлессу. – Я уж как-нибудь обойдусь без репортерских домыслов про Темную гильдию.