Горничная для некроманта

? Я же велел тебе не перетруждаться сегодня! Питание артефакта отнимает множество сил.

В ответ я лишь всхлипнула, полностью признавая свою вину. Если бы я знала, что будет так больно! Все мышцы охватило спазмом, голова рисковала разлететься на части. Браслет тянул из меня последние силы, и я почувствовала, что вот-вот потеряю сознание.

– Сама виновата! ? отозвался некромант и вдруг наклонился надо мной. Его губы прижались к моим, а рука опустилась на грудь. Мое возмущение потонуло в очередной вспышке боли.

Если бы меня сейчас принялись резать на кусочки, я бы и не заметила!

Словно со стороны я наблюдала за Рэнфордом. Платье расшнуровывалось спереди, и вскоре некромант коснулся моего соска. Он принялся перекатывать его между пальцами, и эта ласка на секунду пересилила действие артефакта. Я вздрогнула, ощутив, как его язык ласкает мои губы. Выдохнула ему в рот, и мужчина углубил поцелуй, потянув меня на себя. Не успела сообразить, как вдруг оказалась сидящей на его коленях.

Рэнфорд откинулся на спинку дивана и запустил руки под мои юбки. Губами поймал мой сосок и принялся посасывать его. Я застонала, подавшись ему навстречу. Я не знала, что грудь такая чувствительная! Тем временем его руки сжали мои ягодицы, вызвав у меня прерывистый вздох. Действие браслета отошло на второй план, теперь мое тело охватило возбуждение, а низ живота потяжелел. Я поерзала и теснее прижалась к мужчине. Глаза некроманта потемнели еще больше обычного, а его желание явственно ощущалось сквозь ткань брюк.

– Так ведь гораздо лучше? ? прошептал Рэнфорд, приподнимая меня и разворачивая спиной к себе. Он задрал мои юбки и коснулся пальцем самого сокровенного местечка. Я застонала, прикусив губу. Это было… непривычно и необычайно сладко! Я почувствовала, как увлажнилась, и от этого ощущения стали только приятнее. Меня уже касались здесь, но тогда я не испытывала и сотой доли подобного наслаждения.

Палец некроманта дотронулся до чувствительной горошины, и низ живота вновь скрутило волной удовольствия.

Влаги становилось все больше, и каждое движение Рэнфорда ощущалось острее. Мужчина очертил контуры клитора и принялся ласкать его: то едва касаясь, то ощутимо надавливая.

– Оливия, ты такая отзывчивая девочка, ? шептал на ухо некромант. Его хриплый голос рождал мурашки по всему телу. ? Тебе же нравится, когда я касаюсь тебя?

Я постанывала, бесстыдно раздвинув бедра и вцепившись в подлокотник дивана.