Кафедра артефактов 1. Связанные магией

И это только преподаватели! С минуты на минуту академия наполнится студентами, и о покое придется забыть.

– Лорд Клиффорд! – Пышнотелая женщина в пронзительно-розовом наряде восторженно мне помахала. – Присоединяйтесь к нам. Здесь у нас все с факультета прикладной магии.

Поморщившись, я подошел ближе.

– Зовите меня просто Клиффорд или вовсе Джосс. Здесь я не лорд, а всего лишь младший преподаватель.

Мейстресса Вебер хохотнула и погрозила мне пальцем.

– Не скромничайте! Пускай прежде вы не преподавали, зато у вас прорва практического опыта.

Нашей академии повезло заполучить такого мага, как вы. Кстати, по моей настоятельной просьбе ректор закрепил за нашей кафедрой еще одну лабораторию. Вам никто не помешает!

– Боюсь, в этом нет необходимости, – скрипнул я зубами. – Вы наверняка наслышаны о моем… увечье.

В глазах присутствующих загорелся огонек любопытства, и две женщины даже шагнули ближе. Именно поэтому я и держался вдали от общества: любовь к сплетням в человеке неистребима.

Я поймал проклятье три года назад, но все еще не привык к шепоту за спиной. Сильнее всего бывших завистников забавлял тот факт, что я заработал его не на войне, а в собственной лаборатории, когда изучал артефакты противника. Спустя год после подписания мирного договора с Шиаррой.

Мейстресса стушевалась:

– Я думала, это всего лишь слухи…

Иногда я жалел, что у меня не отнялась, к примеру, нога. Но магические проклятья невидимы, и эту фразу я слышал с изрядной регулярностью.

– К сожалению, нет, – сухо отозвался я. – С недавних пор высшая магия мне недоступна, а для работы со студентами вполне достаточно аудиторий или преподавательских.

Мейстресса Вебер мне нравилась, но она полагала, что заполучила на свою кафедру светило артефакторики, в то время как я не тянул даже на свечку.

Необходимость продолжать этот неловкий разговор отпала с появлением ректора – седовласого мужчины в белом жилете.

По традиции он произносил приветственную речь для первокурсников и объявлял начало экзамена.

Массивные двустворчатые двери распахнулись, и мы потянулись в зал. Увидев ожидающих нас студентов, я невольно сбился с шага. В зале толпились, по меньшей мере, две сотни людей, и все они разом уставились на преподавателей, к коим теперь принадлежал и я.

Волнение в зале нарастало, а от шума разболелась голова – один из побочных эффектов моего проклятья.