Развод по-эпсилонски

Настораживал сам факт, что переговоры повелись на местном языке, хотя раньше шеф упоминал, что Карим Иляхиль прекрасно говорит на всегале.

Великий-и-Ужасный спустился по ступеням, медленно гипнотизируя меня взглядом. Подошел ближе, встал совсем рядом.

– Не дочь? Не жена? – продолжил допытываться он, рассматривая меня совсем уж плотоядно. На сдержанно отвечающего куратора даже не глядел.

Несмотря на работающую в помещении систему охлаждения, мне стало жарковато…

Парфюм у него был специфический: что-то из местных растений – пряное, сладковатое.

Притягательное и отталкивающее одновременно.

И сам он был таким же – притягательным и отталкивающим. Красивый же мужик, если объективно. Но этот собственнический взгляд – как будто собирается схватить и сожрать…

– Е-ва… – произнес Карим медленно. Мое имя в его исполнении звучало резко, как-то гортанно. А переводчик молчал.

Я потупилась и пропищала, что мне очень приятно, и тогда он, наконец, отвернулся, сосредоточив свою подавляющую харизму на шефе.

В поднятой руке как будто из ниоткуда возник кубок.

– Будь моим гостем. Выпей. До дна.

Городецки, не дрогнув ни единым мускулом, выпил. По лицу господина посла было совершенно неясно вкуснятиной его угостили или жуткой дрянью, и я мысленно посочувствовала шефу. На что только не пойдешь ради работы.

– Благодарю вас, – он вернул посудину. – Так вот…

Карим покачал головой и протянул второй кубок. На этот раз мне.

– Выпей.

Пресвятые кварки, что-то не хочется.

Но взгляд шефа выразил все, что Городецки со мной сделает, если я сейчас провалю ему переговоры.

Пришлось подчиниться.

Жидкость в кубке была насыщенно рубинового цвета и пахла земляникой. Мне показалось, или шефу поднесли нечто иное?

Я глотнула. М-м-м… а ничего – вкусно! Сладость, терпкость и отчетливые земляничные нотки. Язык слегка защипало от алкоголя – в обманчиво легкой водичке содержалось не так уж мало градусов. Какое-то местное вино?

– Спасибо, – пробормотала я, возвращая кубок.

Зал восторженно выдохнул.

Вечеринка продолжалась, в руках правителя появился еще один кубок – уже третий по счету.

– За тебя! – объявил Великий-и-Ужасный, пожирая меня жадным взглядом. Обернулся к свите. – За Еву! Новую подданную Савона и мою невесту.

Что?!

* * *

Нет, не так.

ЧТО?!

Пресвятые кварки, что за нахер тут твориться?!

Примерно это я и спросила. Только вежливо

– Будешь моей женой, – повторил божок местного разлива на родном языке.