Боги и не боги

Помогите мне немного…

Мужчина, как мог осторожно, придерживал меня за плечи, помогая сесть, и я невольно обратила внимание на его ногти: короткие, но идеально отполированные, а еще моя кровь уже успела залить его белоснежные манжеты из рондского кружева. Я, привалившись к нему спиной и чуть не скрипя зубами, вытащила с третьей попытки из сумки гнарловскую скатерть и флакон «Клеверной эссенции», которую подарил мне гениальный алхимик и без пяти минут каторжанин – мэтр Ганн, извлеченный нами когда-то из тюрьмы по просьбе помолодевшего мэтра Наргина.

Так, похоже, сейчас я начну терять сознание. Давай, давай тело, еще немного. Обещаю потом тебе пьянку, баню и безумную оргию, только выдержи. Я растянула угол скатерти и потребовала у нее бутыль настойки – самой крепкой. Вокруг меня собралось уже четверо мужчин, не слишком понимающих, что происходит и от этого как-то мнущихся на месте. Лица молодые, мельком отметил Шепот, и вроде не отмеченные явной печатью порока, ядовито добавил он же. Охота, дорогая одежда, тонконогие кони благородных кровей – дворяне. А у двоих тоже арбалеты, вот почему они так шустро с балахононосцами разобрались. И, думаю, должны быть амулеты от магии. Повезло мне. Наверное.

– Так, – велела я, открывая зубами бутыль с крепким алкоголем, выплюнув на землю пробку и делая несколько больших глотков, – вы – сломайте и вытащите стрелу, а вы – лейте сразу на рану это… зеленое.

Самый лучший лечебный элексир, который только существует в Ойкумене.

Не поможет он – не поможет ничего.

Первый мужчина без споров аккуратно взялся за арбалетный болт.

– Будет очень больно, – честно предупредил он.

– Ага.

– Готовы?

– Вы когда-нибудь уже делали что-то такое? – тихо спросила я, невольно желая оттянуть этот момент.

На меня в упор озабочено смотрели темно-синие глаза.

– Да, не бойтесь. С вами все будет хорошо.

Он тепло улыбнулся мне, успокаивая.

– Тогда давайте. А, секунду…

Я снова присосалась к бутылке, пока новая вспышка боли не заставила меня вцепиться зубами в собственный манжет уцелевшего рукава, чтобы не заорать во весь голос.

Сознание наконец-то сподобилось ускользнуть в темноту…

Мерзкое ощущение.

– … невероятно! Я не представляю, как вы вообще сидите на лошади!

Кто здесь?! Кажется, я…

Мое тело преспокойно ехало верхом на Мухе, и боли почти не было, а на плечи какой-то добрый человек накинул плащ с меховой опушкой, слегка щекотавшей шею.