ЗаБить. Часть вторая

– Алекса, ты прекрасно знаешь, что у меня уже был неудачный брак.

– У тебя был горький опыт. Но это ни в коем случае не должно стать завершающей миссией и рушить твою дальнейшую жизнь. Заблуждение и ложный путь ставить крест на себе из-за одной женщины, которая была не способна оценить тебя по достоинству.

Его глаза окутали лучики морщинок, делая их насмешливыми и блестящими.

– Это всё поэзия, Алекса, – уголок его верхней губы подпрыгнул. – Возможно, это прозвучит слишком грубо для твоих ушек, но для меня все женщины – проститутки.

Единственное отличие – это уровень и категория этих женщин, которые зависят от их положения и менталитета. Есть дешёвки, которые не скрывают, что занимаются продажным сексом, а есть скрытые проститутки, которые не делают этого до того момента, пока на них не оформят пару коттеджей или спорткар.

– Весьма серьёзное заявление, – снисходительно улыбнулась Алекса, ошарашенная его мнением и столь откровенным презрением к женщинам. – Надеюсь, у тебя хватит для меня аргументов на тему столь резкого обвинения?

– Тут без аргументов, сплошные факты.

Но я не хочу углубляться в тему, в которой мы не продвинемся ни на шаг. Это на совести каждой! – от его голоса повеяло таким холодом цинизма, что Алексе стало чудовищно обидно.

Если бы она имела возможность, она бы как следует взболтнула его за воротник и вытрясала бы из него весь этот мысленный произвол и прямолинейную ошибочную теорию. Огорчённая его высказываниями и пренебрежительным мнением о женщинах, Алекса подверглась новому анализу.

Но уже через секунду в его глазах вспыхнула догадка, незамедлительно разгладив эти ожесточённые морщинки, будто кто-то вколол ему укол против бешенства.

– Алекса, – он подтянул её к себе за мочку уха и без притворства посмотрел ей в глаза. – Женщины женщинами, а ты – единственное исключение из правил. Ты и сама знаешь, насколько ты особенная. И запомни, что моё мнение в целом никогда не касается тебя.

Для меня ты – лучшая женщина-друг.

– Ты сейчас прямо-таки подарил мне надежду, – с нарочитым облегчением выдохнула она, чувствуя, как при этих словах её внутренняя богиня засветилась гордостью. – Только позволь с тобой не согласиться в отношении женщин хотя бы потому, что дурная слава тянется за полигамными мужчинами. Женщины и устроены как хранительницы очага, тогда как мужчина желает завоевать весь мир. А поле боя из знатных красавиц велико.