Щит

– Ты собрался умирать? Нет? К чему ты все это говоришь? Я не маг.

– Ты не можешь этого знать наверняка.

– И сколько длится обучение?

– У всех свой путь, – Рар неопределенно пожал плечами. – Незримые связующие узы учителя и ученика рушатся лишь тогда, когда ученик превзойдет своего учителя.

Маг немного не договаривал, совсем чуть-чуть. Он был почти уверен, что Кирилл обладает Силой. Но просканировать его никак не удавалось. Рар каждый раз наталкивался на глухую стену. Ломать ее было опасно, парень мог после такого сойти с ума.

Еще живо было воспоминание, как Кириллу стало плохо от скана Мираны. Но и обойти стену не удавалось. Зачем ее поставили и, не менее, а даже более важно – кто?

Рару еще не приходилось с таким сталкиваться. Да, сам маг мог сознательно поставить блок своей магической сущности, но таким образом можно было обмануть лишь людей. Поставить блок так, чтобы другие маги не могли заподозрить Силу – это что-то невероятное.

И еще, маг не может долго не подпитывать свою Силу.

Даже если насильно поставить блок младенцу, даже если он сам не будет подозревать о своих истинных способностях, он неосознанно будет искать источник магии в мире, он неосознанно будет медленно разрушать поставленную стену, он будет жаждать того, чего его лишили.

Из этого напрашивается следующий вывод – так долго прожить без магической составляющей своего я можно только в мире без магии. Но это еще более невероятно! О таких мирах Рар слышал, но туда строго настрого запрещалось входить одаренным.

Для их же собственной безопасности. Мир их может впустить в себя, но выпустить – уже нет. Это путь в один конец. Хотя… Нет, об этом не стоит даже думать. С другой стороны, почему нет? Боги Эклала мертвы, но этот вывод сделали только потому, что уже достаточно давно они не откликались ни на мольбы людей, ни на заклятия магов. А если мертвы не все…

Только кровь скажет правду. И хорошо, что среди всех оставшихся в живых магов Эклала он один интересовался заклятиями на крови, остальные одаренные опасались этих знаний, ставя их в один ряд с некромантией.

– Я согласен, – Кирилл откинулся на спинку кресла, из-под опущенных ресниц наблюдая за стариком. Рар вздрогнул, он настолько глубоко ушел в свои мысли, что забыл о своем вопросе.

***

– Какая у тебя цель в жизни, Кирилл?

– Я хочу быть самым сильным, – важно отвечал пятилетний ребенок.

– Но зачем?

– Чтобы защищать тебя, Лиза.