Красная королева

И каждую ночь небо неизменно озаряла странная вспышка, хотя загоралась она всякий раз в разных местах. Чем дальше они продвигались на восток, тем больше свет смещался за их спины. Загадочные люди на летающих машинах больше не появлялись. Алиса гадала, были ли они причиной этого непонятного света или же, наоборот, искали его источник.

Взобравшись на холм, один из немногих, попавшихся им на пути, Алиса остановилась рядом с Тесаком.

Мужчина поднял руку, указывая на то, что, очевидно, считал галлюцинацией.

– Это что, взаправду? – спросил он.

Алиса заморгала, но галлюцинация никуда не делась.

С холма, на котором они стояли, открывался вид на небольшую долину. Где-то на полпути вниз по склону поле пепла резко обрывалось, словно остановленное невидимой стеной. Дальше были зеленая трава, и благоухающие сосны, и цепь холмов, тянущаяся к далеким, нахлобучившим снежные шапки горам.

Через маленькую долину вился серебристо-синий ручей, возле которого стояли рядами аккуратные, похожие на кукольные, домики.

– Ты это видишь? – спросил Тесак.

– Да, – с облегчением выдохнула Алиса.

Ей уже казалось, что они никогда больше не увидят воды, не заснут там, где нет пепла. Она и забыла, каково это – смотреть на мир, когда глаза не забивает песок, или дышать, не вдыхая при этом крохотные частицы пыли. Она страшно вымоталась и была слишком голодна, чтобы побежать вниз по склону – и наверняка бы, упав, расквасила нос, если бы попыталась, – но, спускаясь, она все же ускорила шаг – как сумела.

А Тесак вырвался вперед, как всегда словно и не замечая усталости и голода. Добравшись до ручья, он швырнул мешок на берег и, ринувшись в воду, окунулся в нее с головой и принялся плескаться, как радостный пес.

Алиса, безусловно, понимала, насколько она грязная, и ей было неловко, но в то же время она с опаской поглядывала на расположившуюся поблизости деревеньку. Ее обитателям может не понравиться, что два незнакомца плавают в их водоеме.

Она опустилась на колени и, окунув руку в ручей, поднесла ко рту пригоршню воды. Чистой, прохладной, восхитительно вкусной. Алиса никогда не пила ничего подобного, даже когда жила в Новом городе. В одном глотке словно бы собрались разом талый снег, сладкий мед, летние цветы и осенний ветер. А ей так хотелось пить. Лакать, хлюпать, захлебываться, окунув лицо в ручей, – и пить, пить, пить, пока не раздуется, как паук, насосавшийся соков множества мух.