Слепой рассвет

Хотелось бросить в лицо, но я смог сдержаться.

– Вы не злитесь на Полю. Не виновата она, – ее руки складываются в молитвенном жесте. На моем лице ни один мускул не дернулся, но я был в ярости. Не виновата? Лучше ей не попадаться мне на глаза! – Вот, – стянула с плеча объемную сумку и протянула мне. – Тут питание и подгузники, – Молча беру, жду, когда она уже свалит. Стоит, заглядывает в калитку, словно жалеет о своем поступке.

– Уходите! – закрываю перед ее носом дверь. Прислонившись спиной к металлической поверхности, я смотрю на Мишу с ребенком на руках.

Полный раздрай! В голове хаос. Мне продали моего ребенка. Это, конечно, еще стоит выяснить, но…

– Ваш, Герман Андреевич? – мужчина кладет малышку на свой полный живот, пытается успокоить. Совсем кроха. Столько лет мечтать о ребенке – и вот тебе свалилось чудо на голову! Теперь бы еще понять, как со всем этим разбираться.

– Не знаю, – это полный трындец. Подошел к капоту и открыл папку. Углицкая Мария Германовна. Мать Углицкая Полина. В графе отец прочерк.

Медицинская карта. Снилс.

– Покормить ее надо. Может, Наталью… позовем? Женщины – они в детях больше нас, мужиков, понимают, – предложение Михаила мне не нравится. Моя супруга – последняя, кого я хочу впутывать в это дело.

К лешему Наташу. Все это закончится очередным скандалом. Стоило уже начать готовиться.

– Подержи ребенка, Миш, я сейчас вернусь.

До сих пор не сходил в душ. Потный весь. Наташа занимается в спортзале, музыка грохочет на весь дом. Неудивительно, что не слышит, как кричит младенец.

Беру телефон и иду обратно во двор. Выручить меня может только Таня, но ей звонить не решаюсь, вдруг отдыхает. У нее тоже кроха на руках. Набираю брату.

– Привет, а я как раз собирался тебе звонить. Подъедешь к нам? У нас тут…

– Подожди, Андрей, – перебиваю его, Мария не успокаивается. – У меня ЧП, нужна ваша с Таней помощь.

– Рассказывай.

– Я стал отцом, – я уже принял решение, что малышку не отдам, даже если не моя. Привела ее судьба в мой дом, значит, буду воспитывать.

– Что за шутки, Герман?

– Никаких шуток, только что купил трехмесячную дочь, – я не прикалывался над братом, я поражался, насколько абсурдной может быть правдоподобная ситуация. – Мне помощь Тани нужна, я же в детях ничего не понимаю, – подхожу к Мише, чтобы Андрей услышал, какая голосистая у меня дочь.

– А мать где? – возмущенно звучит голос брата.

– А хрен ее знает. Не интересовался!

– Точно твоя? – Андрей до сих пор не может поверить.