Чудовище Нави, или Завтра еще пойду!

Теперь все Васи были на одно грязное лицо!

– Ну че! Разведали все! – послышались знакомые голос бесят.

– Помогите! – взвыла я, ломая стул об какого-то Васю. Надеюсь, не нашего.

– А ну брысь! – завопили бесы.

– Ой, да не видят они нас! – дернул один другого.

– Сейчас увидят! – послышался голосок кого-то из бесят.

И тут Васи замерли, видя, как перед нами вырастают два беса. Маруська тут же в обморок упала. А Вась, включая мертвых, из хаты, как ветром сдуло. Даже окна выбили…

– И любовь за собой уберите! – возмутилась я, размахивая чьими-то штанами.

Я выбросила их из дома.

– Ох, – выдохнула я, оседая на пол с остатками стула.

– Ты че удумала! Ты, когда привораживать будешь сразу спрашивай! Какой? Васька Хромой? Васька Кривой? Васька Рябой, дед Василий! – распинали меня бесы, пока я растирала сажу по лицу, приходя в себя. – Ничего, всех отворожили, всех отвадили!

– Я вообще не собиралась приворот делать! – возмущалась я, таща Маруську в сторону скамейки.

Я сидела на скамеечке, глядя на свои руки.

– Учиться тебе еще и учиться! – заметил бес, который сидел справа.

– Да! Пока научишься, вот тады и роды принимать сможешь! – толкнул меня локтем второй.

– А кто из вас Антипка? Кто Анчутка? – устало спросила я, обещая никого больше не привораживать. Никогда!

– Она нас не различает! Во дела! У меня глаза хитрые! А у Антипки глаза умные! – пояснили бесы.

Как вдруг дверь чуть не выломали. Я вздрогнула, уже планируя хвататься за стул, как в избу вбежала та самая баба, которая погадать просила.

– Ой, горе, матушка – ведьма! – завыла она с порога.– Как прознала, так сразу к тебе кинулась! Дочка моя, Акулинушка, рожать решила! Мы ее в баню, а ее… банник не пускает!

Глава шестая. В карты на кожесдирание!

– Что? В баню?– шепотом возмущалась я, чувствуя себя крайне неуютно.

По мою душу уже стояла целая мрачная процессия с факелами. Я опасливо высунула нос, понимая, что нашествие Васюток – ерунда по сравнению с тем, что ждет меня сейчас.

– Куда! – взвизгнула я, чувствуя, как меня хватают и тащат. – Я гель для душа забыла! Полотенце! И шлепки! Мало ли, что у вас там в бане водится!

–У нас в бане много чего водится! – слышались голоса селян.