Потому, что ты – монстр!

– Да, юный хозяин был справедлив и делил всех поровну! Я же говорил, – Макс смотрел на меня с укором, всем видом показывая, что я невнимательная, – Фея вернулась через неделю, и, обнаружив, что хозяин полюбил уже шестую, после неё, почему-то очень расстроилась.

Расстроилась! Да я бы его убила! Схватила бы эту шестую, и ею бы и убила!

– Да, действительно, – фыркнула я, представляя лицо феи, когда из кровати любимого выскакивает очередная красотка. – Почему это она обиделась? Непонятно!

Что-то мне уже не нравится этот Лорд Адам.

Как будто он мне лично изменил! А вообще-то он как бы мой суженный!

– Хозяин тоже не понял, к сожалению этого. Женщины – существа очень сложные и непредсказуемые. И понять их весьма непросто, – пожал плечами Макс, а потом прижал ладонь к губам и вежливо улыбнулся, – Вот, например, смотрю я вас и думаю. Почему вы кладете себе уже седьмую ложку сахара, при этом не размешиваете?

Я опомнилась, скривившись. Так, размешивать не буду. Так допью.

– Прошу прощения, мадемуазель.

Так вот, я помню этот скандал, как будто он был вчера, а не триста лет назад… – вздохнул Макс загадочным голосом.

Сколько? Триста? Мама дорогая! Мне не говорили, что мой жених похож на урюк с урюком. Я представила заросшего паутиной деда, который тянет ко мне костлявую руку: «Зубы есть? Разжуй мне кашу!». Брр!

Так, погодите! А сколько же тогда лет Максу? Чем больше я узнала об этом доме, тем больше мне хотелось отсюда сбежать. Горгульи-птички уже пугали меня намного меньше, чем то, что вежливо скреблось когтями в мою комнату где-то между шестью и семью часами утра.

– Я помню, как она закричала что-то приблизительно похожее на: ”Козел!”, и у юного лорда Адама выросли рога; “Скотина!” – визжала фея, запуская в хозяина вазой, и вместо ног у него появились звериные лапы с огромными когтями; ”Кобель!” – рыдала фея и мой лорд покрылся мохнатой, густой шерстью, – вдохновенно рассказывал Макс, смакуя чай и подробности.

Я представляла эту картину, и мое лицо вытягивалось с каждой произнесенной фразой.

Челюсть была готова вот-вот встретиться с полом.

– Да будь ты проклят!– произнесла она в самом конце своей проникновенной речи. И вот мы имеем то, что имеем. Проклят не только хозяин, но и ни в чем не повинное поместье, которое так чудесно расположено и не имело проблем с соседями. Но вы не переживайте, юная мадемуазель! Хозяин вырос! Правда, в основном, в ширину. И остепенился. В зеркалах то особо по девушкам не походишь.