Влюбить и за борт!

Мне показалось, что где-то был орден рыцарей «Грозного взгляда». Они тренировали грозный взгляд перед зеркалом. И играли в гляделки с врагом. Они умели одним прищуром раскидывать противников. Презирать их. И спасать мир.

– Все. Грабить не будем. Нам не разрешили, – прохрипел голос так, что у меня сердце зашлось. Я старалась не смотреть в ту сторону. Пираты смеялись. Смеялся и этот хриплый голос.

Хриплый смех заставил меня вздрогнуть и затрястись. Только не это! Только не пираты!

– Вы нарушили водные границы нашей страны! – послышался истеричный старческий голос.

– В следующий раз ставьте на море забор! – снова произнес этот жуткий голос. От этого голоса внутри все перевернулось. – Чтобы я знал.

Мне казалось, что этот голос будет снится мне в кошмарах.

– Вы… вы… сорвали королевскую свадьбу! – сипло произнес кто-то из гостей. – Вам это с рук не сойдет!

– Хочешь, чтобы я принес извинения? – прохрипел страшный голос. Толпа ахнула. Я в ужасе подняла глаза.

Первое, что я увидела – направленный на гостей длинный пистолет.

– Как глубоко ты хочешь, чтобы я извинился? – послышался хриплый голос. На пистолете серебром было написано: «Извинения». – Кто готов принять извинения?

Я видела темные волосы, прикрывающие лицо. Огромная фигура стояла напротив бледной толпы. Ветер поднял драный плащ и темную волнистую прядь волос. Обнажился хищный профиль и черные, густые нахмуренные брови.

Улыбка дрогнула на губах пирата. Рука выхватила золотой кубок из рук перепуганного старого графа Розенваля.

Одним залпом пират осушил кубок и бросил под ноги. По его подбородку текло алое вино. От этого улыбка стала еще более жуткой и зловещей.

– Красиво, – хрипло произнес пират, подходя к молодой жене старого графа.

Он положил руку на ее горло. Его пальцы перебирали сверкающие бриллианты. Молодая графиня Розенваль смотрела, словно зачарованная. Ее губы приоткрылись. Словно она что-то хочет сказать. Но красавица не проронила ни звука.

Черные перчатки жадно перебирали бриллианты на ее шее.

Было в этом жесте что-то странное. Я поймала себя на мысли, что боюсь вдохнуть и пошевелиться. А внутри что-то перевернулось.

– Тебе не идут бриллианты, – качнул головой пират. Он не сводил взгляда с бледного изумленного лица красавицы.

Мне показалось, или она тянулась к нему. Хотя, может, он тянул ее за ожерелье? Одним рывком черная рука сорвала с нее фамильные бриллианты.

– Ай! – всхлипнула красавица, прижимая руку к опустевшей шее. Я отвернулась.