Любовь на Навьем перекрестке

И совершенно случайно нашли …. Эм… живую воду! Напившись ее, вы стали как новенький! А тут красна-девица выходит: «Женись на мне!», а вы ей такой: «Пошла вон! Я царю-батюшке яблоко молодильное несу! Но адресок запомню!», – вошла в раж я, рассказывая первое, что на ум пришло. – Так что вот, царь – батюшка!

– Оно, – кивнул царевич, тут же расправив плечи, чувствуя себя героем. – Ладно, пойду я! Если братья придут, то им не давай! Пущай сами, как хотят!

– Стоять! Куда ты собрался! Кто ж тебе поверит? – спросила я, глядя на чистенького царевича.

 – Иди сюда! Так, шапку ты потерял! Это понятно! Когда от горыныча бежал! Снимай свою одежу! Сейчас мы ее в грязи валять будем! Или ты думаешь что? Тебе после этого поверят!

Я стащила с него кафтан и стала возить по грязи и траве.

– Вот! – обмазала я грязью бледное лицо, заодно и растрепала волосы. – Готов! Ты упади там где-нибудь еще пару раз! Чтобы совсем похоже было! Чтобы когда ты в палаты вошел, от тебя шарахались!

– Благодарствую! – ответил царевич, сплевывая грязь.

На скрипучих сапогах направился в сторону леса. Я шапку себе спрятала. Нет, ну мало ли, пригодится!

Сгребая золото, я потащила его в сторону дупла. Стоило мне только шагнуть внутрь, как я вспомнила про неведомое чудовище.

– Я тебе… тьфу ты… спою! – послышался голос в темноте, а у меня затряслись поджилки. Кот меня убьет!

Глава четвертая

И тут я увидела, как в дальнем конце пыльного и мрачного зала мелькнула тень. Она напоминала что-то круглое.

– Надо бы здесь прибраться! Разложить все по полочкам, – чихнула я, опасливо косясь на проход, где мелькала бурчащая тень.

И тут я почувствовала острый приступ голода, вспомнив, что утром заморила неприхотливого червячка скромным бутербродом и чаем.

– Скатерть самобранка! – вспомнила я, устремляясь к пыльной тряпке, которую видела совсем недавно.

– Чаво изволите? – ласково спросила тряпочка, которую я тряхнула, как коврик. На ней были жирные пятна, следы ножа и даже отпечаток тарелки.

– Эм, а что есть? – спросила я, краем глаза отслеживая зловещую тень, перекатывающуюся между хламом.

– Есть щучьи головы моченые, перепела печеные, картофели толченые, грибы перченые, котлеты крученые! – заметила скатерть, заставив желудок одобрительно заурчать.

– Ну, давайте грибы и картофель… И котлетку, – вздохнула я, терпеливо ожидая блюда. Надеюсь, так можно!

Скатерть пошевелилась, а на ней тут же появилась и картошечка, и грибочки и даже котлеты.