Любовь на Навьем перекрестке

– А почему минуту? – спросила я, обдувая волосы и сплевывая муку, как вдруг меня обняли и подтащили к себе, поглядывая в книгу.

– Да, старая ты стала, – послышался голос кота. Он держал меня, а глазами уткнулся в книгу. – Нет у нас детей! Так пусть у нас хоть колобок будет! Утешение на старости!

Печь вспыхнула, а меня ткнули в книжку: «Читай!».

– Ты прав, дедушка! – прочитала я, поглядывая на печку, а потом на заплатку на рубахе кота.– Сколько лет вместе прожили, а детей нам так и не дали!

– Эх, бабка! Был бы я моложе, а ты красивее! – послышался голос кота, а меня ухватили за попу.

 – Все бы у нас было!

– Был бы ты моложе, а я красивее, меня бы здесь не было! – прочитала я, видя, как печка вспыхивает второй раз. – Ой, пусть колобок наш утешением на старости будет!

Я молча смотрела на старые буквы, а мои глаза расширялись.

– Нет, я это делать не буду! – в ужасе прошептала я, глядя на в книгу. – Нет, нет, нет! Мы так не договаривались!

– Да ладно тебе! – поддел мой подбородок когтем этот ужасный кот.

Он смотрел мне прямо в глаза, а мир вокруг них растворялся. – Ну тряхнули стариной старички!

– Ай, – прошипела я, глядя на то, как ко мне приближаются кошачьи глаза. Я попыталась вырваться, но меня удержали. – Держите свою старину от меня подальше…

Кот всем видом намекал, что как мужчина он – космос! А мне так и хотелось в этот космос что-то запустить!

– Хорошо, – рассвирепел кот, нехорошо щурясь. Он отпустил меня, пока я выдыхала. – У сказки есть несколько вариантов.

И в одном из них, бабка пошла прибираться. А в другом, дед с бабкой поцеловались! Ну что? Готова прибираться здесь? Или все-таки?

– Где веник, – ледяным голосом спросила я, осматриваясь по сторонам.

Кот замер на месте. В его кошачьих глазах читалось: «Как так?». А в воздухе пахло дохлой мужской самооценкой.

– Ты уверена? – послышался озадаченный голос кота. Видимо, уверенный в своей неотразимости, он даже в мыслях не допускал отказа. А тут…

– Хорошо! Где метла? – с вызовом спросила я, глядя прямо в глаза бесстыжему коту.

– А зачем тебе? – спросил кот, проводя рукой по пыльному столу.

– Улететь отсюда хочу! – усмехнулась я, понимая, что однажды мне придется объяснять колобку, что его сделали без любви.

И тут я заприметила метлу, которая уже поросла паутиной. Я гордо взяла ее, глядя на кота. Тот присел на стол, вскинув голову и скрестив руки.

Швырк! Швырк! – поднимала клубы пыли метла, собирая мусор.