Запретная любовь царя лабиринтов

 – Шо тама разглядела?

– Светлячки, – с улыбкой заметила я, показывая рукой в сторону леса, – Я не и представить не могла, как здесь может быть красиво!

– Светлячки? – недоверчиво произнесла женщина и перегнулась через перила, всматриваясь в туманную даль, – Ой! Батюшки! Караул!

Бабка посмотрела на меня страшными и перепуганными глазами, а потом перевела взгляд на чудесный лес.

– Памагите! Спасите!

С несвойственной годам прытью бабулька подобрала полы своих одежд и ломанулась к выходу из комнаты, на бегу крича : “Альтаир! Альтаирушка! На нас напали! Завеса прорвана!”

Какая завеса? О чем это она?

Я вгляделась в лес, и он тут же показался мне не таким завораживающе – прекрасным, как еще минуту назад.

Чувство тревоги накатило на меня. И подкреплялось оно криками и суетой, царившей во дворец.

Я облокотилась на балюстраду, пытаясь рассмотреть, что там происходит.

Кто напал? Как напал? Светлячки? А что делать? А может, это просто старушка выжила из ума и подняла панику?

Как только я подумала об этом, мне показалось, что в ночное небо взмывает черная крылатая тень.

Или не показалось. В свете внезапно вошедших трех лун, я увидела фигуру Альтаира.

– Это что? Он дезертирует? – удивилась я, всматриваясь в массивную фигуру царя. – Или на войну со светлячками собрался? Тогда где сачок?

Но тут я поняла, что шутки не уместны.

Альтаир метнулся в сторону леса, а я всматривалась в него, пока не потеряла из виду.

Пока что я ничего не понимала, но тщетно силилась что-то разглядеть в полумраке по тревожные и пугающие крики.

Светлячки гасли один за другим, а дворец, казалось, притаился, словно выжидая что-то. Я и сама тревожно замирала вместе с ним, ожидая чего-то, чего не знала сама. От накатившего волнения, внутри все переворачивалось. Ночное небо было таким же спокойным и умиротворенным.

Девушки стали собираться во внутреннем дворе. Они почему-то смотрели на верхушки вековечных деревьев.

Я все вглядывалась в туманности леса, пытаясь найти хоть какой-то ответ на свой вопрос. В то же время я ловила себя на тревожной мысли. Он хоть там живой? А то что-то не видно и не слышно…

Я даже встала на цыпочки, обдуваемая ночным ветром.

Почему меня это так волновало? Хотя, Альтаир пообещал мне, что вытащит меня отсюда! Хотя бы поэтому я должна болеть за наших.

– Только бы с ним ничего не случилось, – закусила я губу.