Наш пустой мир

В этот вечер я принесла ещё чаю, устроилась поуютнее на кресле, пододвинув его почти вплотную к креслу любимого и, прижавшись к его плечу, хохотала как безумная, едва не оглушая его. Хотя, разве можно оглушить того, кто слушал рок на полной громкости в наушниках?

Каждая буква этой статьи снова и снова всплывает в моей голове, пока я иду, крадучись, по совершенно пустой улице. Но я помню, всегда помню о зомби, об этих проклятых "альтернативно живых", которые могут скрываться где угодно, выскочить из любого угла и попытаться тебя сожрать с воем оголодавшего волка.

Жалобным и диким одновременно, но жалость исчезает очень быстро, когда ты вспоминаешь о трупах, которые тоже могут валяться повсюду, словно опавшие осенние листья. Мёртвые тела, смерть – уже привычные элементы современной реальности. Человек, как говорят, ко всему привыкает, и я уже почти забыла о том, что когда-то жила в мире, в котором не было этого кошмара. Это мне иногда напоминало о том мире, в котором ещё не было мобильных телефонов, Интернета и возможности почти свободно путешествовать по миру (если не считать проблем с визой). То время ведь тоже было реальным, а сейчас в это с трудом верится.

В одной руке я сжимаю увесистую палку, которую за три года путешествий успела обрезать и сделать вполне удобной для применения. Этой палкой было очень удобно отбиваться от зомби – можно было и отталкивать их, и разбивать их гнилые черепушки.

За очередным поворотом меня поджидала приятная неожиданность: на серой стене очередной заброшенной высотки меня встретила надпись: "Убежище!", написанная на русском, английском, и как я поняла, даже на японском (или китайском?).

От надписи вела стрелка, нарисованная голубой краской, к двери бокового выхода. Выщербленные ступеньки, ведущие к бронированной двери, и застеклённый балкон с целыми, хоть и грязными окнами, внушили ощущение долгожданного уюта.

Я вспомнила, что раньше такие вот выходы создавались для фирм, открытых прямо в жилых домах на первых этажах.

К счастью, мне не пришлось выбивать дверь. Ключ висел на гвоздике прямо возле бронированной двери с исцарапанной кожаной обивкой.

Казалось бы – сплошное палево, но у зомби никогда бы не хватило мозгов понять, что тут написано, даже если они не были иностранцами. И ключами пользоваться они тоже не умели. Хотя двери выбивать могли, особенно, если тварей собиралось много. Но эта дверь казалась незыблемой и прочной, словно скала.