Катарина

Мальчишки в гостиной уже не было, вероятно, его забрал тот мужчина, что сидел с ним в беседке.

– А что ты сказала ему? Вы уже понимаете немецкую речь? – шепотом поинтересовалась я у Татьяны. – И почему они называют Мюллера «гер»?

– Я без понятия чего они вставляют этот «гер» куда не попадя. Видать принято у них так, а мы только следуем их правилам, – Таня отстраненно пожала плечами. – Первые недели мы вообще ничего не понимали и общались с фрау жестами, а потом постепенно свыклись и научились понимать некоторые ее приказы.

Теперь я могу уже с уверенностью отвечать панам короткими фразами, а иногда даже и предложениями. Было сложно перестраивать украинский говор на немецкий лад, но другого выхода у нас не было… не им же учить наш украинский…

– «Гер» это господин по-нашему. Такое же обращение как фрау или фройляйн, только к мужчине, – с уверенностью сообщила Ася. – И к военнослужащим принято обращаться по званию, а не просто господин или офицер.

– Та у него такое сложное звание, что пока его выговоришь язык сломаешь! – Танька в шутливой форме махнула рукой.

 – Поэтому и не произношу, щоб не позориться.

– Вот те на! – удивилась Ольга, всплеснув руками. – Ти що по-ихнему шпрехаешь?

– Моя мама учительница немецкого языка… была, – с грустью ответила Ася на чистом немецком. Она понуро опустила взгляд на темный старинный паркет. – Хоть где-то он мне пригодился…

– А с офицериком моим поможешь разговор поддержать? – тут же встрепенулась Оля, с надеждой в янтарных глазах взглянув в сторону Аси.

– Хельга, – вдруг раздался тихий голос Амалии. – Будь добра, принеси плед со второго этажа, фрау очень замерзла. И принеси чашечку чая, он уже настоялся.

Ольга мгновенно подскочила, покорно кивнула молодой хозяйке и тут же побежала в сторону лестницы.

– Кто из вас двоих говорит по-немецки? – спросила блондинка, обращая взгляд в нашу с Аськой сторону. Она продолжала стоять на коленях на ледяном полу, с нежностью поглаживая руку матери.

Лицо девушки было достаточно миловидным, с благородными чертами и буквально с первого взгляда выдавало ее юный возраст. Она была точной копией матери: такой же точеный профиль, нос с заостренным кончиком, тонкие светлые брови, большие светло-голубые глаза, маленькие губы, бледная кожа и волосы необыкновенного светлого оттенка, словно лучи солнца.

– Я, фройляйн Шульц. Меня зовут Ася, – тут же отозвалась подруга.