Выбраться из ловушки своего сердца

Почти массовое производство, почти проституция, верно? На что не приходится идти, чтобы удовлетворить капризных покупателей, избалованных дешёвым китайским производством. Но теперь я уверена, что мои куклы, найденные на мёртвых тела – как готично, верно? Шекспир отдыхает – были теми, из коробки.

– А вы обращались в полицию по поводу ограбления? – устало спросил Хотч.

– Нет, как-то всё руки не доходили, – развела она руками. – Столько работы было, столько ругани! Пришлось аванс возвращать, извиняться, работать сутками без передышки, чтобы не потерять клиентов.

Я же говорю, что работаю не ради денег. Мне даже, знаете, польстило, что обокрали не мой сейф, а балкон. И польстились только на куклы. И я подумала на завистников. Они все завидуют моему таланту, все! И если вы однажды найдёте моё неподвижное хладное тело с широко распахнутыми глазами в луже крови, знайте, это всё конкуренты, которым не даёт спокойно жить моя гениальность!

– У этой дамочки мания величия размером со Статую Свободы, – резко высказалась Райли, когда они покинули гостеприимную обитель и направились к гостинице.

 – Но я думаю, что она не врёт. И никого не прикрывает. И ничего не знает.

– А ещё испытывает слабость к стройным молодым людям, – заметил Аарон с самым непроницаемым выражениям лица. – Но ей больше нравятся гомосексуалисты, а не женщины. А убитые были гетеросексуальными парами.

– Это обычное дело для страшных женщин. Именно с ними геи и водятся. Вроде как страшные подружки, никакой конкуренции, – зло бросила Райли, нахмурившись.

– Это прозвучало не толерантно и некультурно. Но, по сути, верно, – подытожил мужчина, устало массируя переносицу.

Глава 4

Переписка в чате

Сегодня вечером встретилась с двумя агентами ФБР. Они такие лапки! Кстати, я вспомнила, что забыла им рассказать о тебе. Ну, не смешно ли? Хотя, наверное, они тебя и так вычислили. Ты такая страшная. Ха-ха. Ты ведь у меня всего две куклы купила, бяка. И бука. Так что, доложить им о тебе? Они мне контакты оставили.

Выбирай, я сегодня добрая.

С чего бы тебе быть сегодня доброй, девочка из богатого района? Бродвей и Пятая авеню, арт-галереи, престижные вернисажи. У тебя всё это есть. И как это ты ещё не сдала меня сначала полиции, а потом и ФБР? Ведь это такое преступление – покупать твоих очаровательных куколок.

Ты ведь проживаешь в этом криминальном Гарлеме? Правда, днём там всё ещё можно ходить. Но не нужно. Не хочется посылать туда этих душек.