Багровые ночи Стамбула

От этого он взбесился, словно зверь в клетке, начал реветь и рычать, потом тихо сел на стул и вновь заплакал.

– Машина Эрдема Балабана была обнаружена на парковке, возле музея Перпа в районе Таксим. Он оставил ее там одинадцатого февраля в десять вечера и больше за ней не вернулся. Значит ты проследил за ним до Таксима. Что было потом? Рассказывай, поскольку по показаниям твоей девушки, с который ты живешь, тебя не было дома весь день и всю ночь. Также мы опросили всех твоих друзей, с ними тебя тоже не было.

Получается, у тебя нет алиби. Все, что ты скажешь сейчас может быть ложью. Рассказывай, как все было на самом деле!

– Ты с ума сошел?! Прошло больше месяца, она может путать даты, я сам не помню, что делал в тот день. Друзья, которых вы опросили, вообще пожизненно пьяные или обкуренные, как можно полагаться на них слова?! Я не помню, что делал в тот день! Не помню! Меня часто не бывает дома, я люблю гулять и выпивать один по ночам, под утро я забываю все! – его бросило в пот, капельки градом стекали по лицу.

– Хватит врать! Говори, кто тебе помогал и как вы все это провернули?! Вот полюбуйся, ваших рук дело! – кинул он перед парнем папку на странице, где виднелась фотография жертвы. Не успел подозреваемый взглянуть, как его вырвало на пол.

– София ханым, как вы думаете, он это сделал? Вы умеете составлять психологический портрет преступника, что скажете про этого парня? – почти шепотом спросил Онур, отворачивая лицо от картины, где молодого человека выворачивало несколько раз подряд.

– Ммм? – повернулась она к нему, не расслышав.

– Я спросил, он убийца? Как вы думаете?

– Пока не уверена, но могу с точностью сказать только одно, вряд ли этот человек смог провести столь сложнейшие операции, к тому же его вырвало, а это говорит о том, что он видит жертву в таком виде впервые. Возможно.

– Может у него желудок слабый?

– Может, но не думаю.

Он вероятней всего придумал план, выполнил его безупречно, а соучастник ему помог. Тот, кто разрезал жертву и сохранял ей жизнь.

– Зачем?

– Таким способом они мучили жертву, заставляли пройти через такой же ад, который он создавал своей жене.

– Тогда почему они просто не били его?

– Побои проходят, а то, что сделал преступник действительно мучительно и ужасно. Но я обратила внимание на слова Кенана.