Эрагон. Брисингр

То, что он сказал, было не совсем правдой. Его терзали воспоминания о той дани, которую ему пришлось собрать с окружающей природы, применив это целительное заклятие; он попросту боялся, что его вывернет наизнанку, если он немедленно не займет чем-нибудь свой желудок и не перестанет думать об отнятых им жизнях.

– Ты не заболел, а? – с тревогой спросил Роран.

– Нет. – И снова вспомнив о тех смертях, которые вынужден был причинить, Эрагон потянулся за кувшином с медовым напитком и отпил несколько глотков, надеясь отогнать волну тяжких мыслей.

Что-то очень большое, тяжелое и острое буквально пришпилило его руку к земле. Он поморщился и, подняв глаза, увидел, что в его руку впился один из страшных, почти белых когтей Сапфиры. Ее тяжелое веко словно щелкнуло, опустившись над сверкающим огромным зрачком. Она не сразу убрала коготь, а лишь слегка приподняла его, как люди приподнимают палец, давая Эрагону возможность выдернуть руку из-под ее лапищи. Он судорожно сглотнул и тут же схватился за свой посох из боярышника, стараясь не думать больше о спасительном крепком напитке и сосредоточиться на том, что было им всем насущно необходимо, а не погружаться в собственные внутренние проблемы.

Роран вытащил из сумки неровно отрезанную краюху хлеба, помолчал и, чуть улыбнувшись, предложил:

– Может, съешь немного оленины? У меня тут еще осталось. – И он протянул Эрагону можжевеловый прутик с нанизанными на него тремя золотистыми поджаренными кусками мяса. Для сверхчувствительного носа Эрагона этот соблазнительный запах показался особенно насыщенным.

Он напомнил ему о тех вечерах, которые он провел в Спайне, и о том, как зимой, бывало, они втроем, он, Роран и Гэрроу, собирались у очага и радовались тому, что они вместе и в тепле, а пурга снаружи может сколько угодно злиться и завывать. У него потекли слюнки. – Мясо еще теплое. – И Роран помахал прутиком у Эрагона перед носом.

Но Эрагон все же решил отказаться.

– Нет. Дай мне просто хлеба.

– Ты уверен? Оленина очень вкусная: не слишком жесткая да и зажарилась отлично.

А уж какая сочная! Ну, откуси хоть кусочек! Похоже на то замечательное рагу, которое Илейн готовит.

– Нет, мне нельзя.

– Уверен, тебе понравится.

– Роран, перестань меня дразнить и передай мне хлеб.

– Ага! Вот ты немного разозлился и сразу стал лучше выглядеть! Может, тебе вовсе и не хлеб был нужен, а кое-что для поднятия настроения?

Эрагон сердито глянул на Рорана и выхватил у него хлеб.