Градуал

Я многократно прочел письмо, наслаждаясь не столько лестью и неприкрытой попыткой воздействовать на мое тщеславие, сколько мыслью о долгожданном путешествии по островам, столь священным для моего внутреннего мира. Имелось, однако, одно условие моего приглашения, и оно вовсе не радовало, создавая во мне внутренний конфликт.

Стоило мне вернуться домой, как я показал письмо Алинне, просто дав ей конверт и предложив заглянуть вовнутрь. Пока она проглядывала преувеличенно вежливое письмо, я старался не обнаруживать своих чувств.

– Ты доволен? – спросила она, еще держа письмо.

– Еще бы! Еще бы! – воскликнул я, понимая, что выкрикиваю эти слова ей в лицо, но потеряв на момент над собой контроль – столь сильные чувства меня обуревали. Весь день я сдерживал возбуждение, дожидаясь этой возможности поделиться известием с женой.

– Я так и думала, – заявила Алинна; мы обнялись и поцеловались.

– Значит, ты знала все заранее.

– Сандро, я уже много недель стараюсь найти способ включить тебя в этот тур.

Они-то хотели тебя с самого начала, но боялись спросить, потому что не знали, что предложить. Боялись, что ты откажешься.

– Почему же ты мне не сказала?

Она вновь меня обняла.

– Иногда тебе трудно угодить.

Я отстранился и вновь взял письмо. Ее слова показались мне намеком, ведь она так хорошо меня знала.

– Ты же знаешь, что в тур я очень хочу, – сказал я. – Но они не хотят, чтобы я играл. Как они могут так со мной поступать? У меня два концерта, несколько сонат, новая симфония.

А эти сюиты об островах! Они прямо просятся, чтобы я их сыграл. Я – лучший, единственный, кто может их исполнить. Если они не хотят моей игры, я бы мог дирижировать…

Алинна молча стояла рядом и ждала, пока я остыну. Мы хорошо знали друг друга. Я чувствовал ее терпеливый взгляд, но и знал, что должен сбросить пар после разочарования. Наконец жена сказала:

– Сандро, им нужно от тебя больше, чем ты думаешь. Ты уже не исполнитель, ты это перерос.

– Они хотят, чтобы я встал в сторонке и ждал в аудитории, пока другие силятся играть мою музыку?

– Ты ведь еще не читал проспекты?

– Они мне не нужны, – отмахнулся я.

В конверт были вложены еще три-четыре листка бумаги, плотней втиснутые, чем маленькое, написанное красивым почерком пригласительное письмо. – Опять меня оттесняют в сторону.

– Сандро, прочти проспекты.

Алинна уселась на маленький жесткий стульчик напротив моего письменного стола. Находиться со мною в студии для нее было необычно.