Царства смерти

Раздался лишь высокий, холодный, нечеловеческий голос, лишенный всяческой интонации.

– Ты Дьявол! – произнес он.

– Во плоти, – сказал я. – Ты здесь главное?

– Daratolo ne? – спросило существо теряющимся в помехах монотонным голосом. – Ты жив? Спустя столько лет… я уже не надеялось столкнуться с тобой.

Я стоял не шелохнувшись, внутренне радуясь, что под маской не видно моего удивления. Не такого приветствия я ожидал.

– Кто ты? – спросил я после секундного замешательства; голос был мне незнаком.

– Ты убил двух моих сестер-братьев, – сказало существо.

 – Raka’ta ude ti-wetidiu.

«Теперь нас осталось четверо».

Ответ открылся мне словно последняя гадальная карта мистагога.

– Иубалу, – произнес я. – Бахудде.

Раздался бессловесный злобный рык, похожий на скрежет зубьев пилы. Он был неестественным, как будто сгенерированным неким звуковым устройством, а не исторгнутым из живого горла. Услышав эти имена, мой собеседник разозлился.

– Ты одно из Иэдир, – заключил я.

Иэдир Йемани – «Белая рука» – было общим названием генералов Сириани Дораяики, его любовников и верных слуг.

Каждому правитель даровал механическое тело, и ни одно не было похоже на другое. Одно я убил по пути к Немаванду, а на Беренике с помощью воинов-ирчтани одолел другое.

– Не смей произносить их имен! – рявкнуло существо.

– Адр, на мостках какая-то суматоха! – отвлек меня голос Паллино, и я покосился в окно.

Сьельсины собрались у внешнего шлюзового люка и сняли крышку со своего непонятного ящика, но мне не было видно, что внутри.

– Я доставлю тебя хозяину, – продолжил холодный пустой голос.

– Попробуй, – ухмыльнулся я уголком рта. – Могу я узнать имя того, кто станет моей погибелью?

Существо пронзительно взвыло, словно особо рьяная плакальщица. Так сьельсины смеялись.

– Я Хушанса Многорукое, vayadan ba-Shiomu, и я восторжествую, когда он разорвет тебя на куски. Мой хозяин… давно тебя хочет.

Мне пришлось усилием воли подавить приступ тошноты. Я слишком хорошо знал, на что способны сьельсины.

– Сначала победи меня, – парировал я.

– Siajenu ti-saem yu kianuri! – воскликнуло Хушанса. – Тебе некуда бежать. Тебе не спрятаться. Мы тебя схватим.

– Твои собратья тоже так думали, – ответил я холодно, подражая химере, и отключил передачу.

– И к чему ты все это устроил? – спросил Паллино.

Повернувшись, я увидел, что он внимательно следит за мной, и ответил:

– Хотел понять, с кем имеем дело. И дать понять, что они имеют дело со мной.