Корона из шипов

На другом конце великолепной лестницы открывался вид на толпу, состоявшую из тех, кто отвечал хотя бы минимальным требованиям, чтобы быть приглашенными на подобное празднование. По ту сторону дверей, охраняемых стражей Херальдумов, ждали другие гости, поделенные на группы, чтобы ускорить ход дела. Тишина, извивавшаяся между ними, присмирела, вторя голосу Хиранеля Херальдума, который произносил вступительную речь. Она проложила им путь в зал за двойными деревянными створками.

Двери открылись, и началось шествие. Одни за другими.

С остановками между произнесением различных Имен, дабы позволить кому-то со свитой уже спуститься, прежде чем более знатная династия пойдет дальше по их следу, чтобы избежать и намека на унижение.

Семья Дж. Только близнецы – лересы Джудит и Джасбел Джетенопикс.

Семья A. Секир Акар Анатчиш и его дети. Наследник Асерет Анатчиш, лерен Аворик и лереса Алина Анатчиш.

Семья Б. Секир Бельтесорн и его дети. Наследник Бенедиктус Бельтесорн и лересы Блуинс и Брид Бельтесорн.

Семья K.

Секир Кент Кевалайн и его дети. Наследник Киган Кевалайн и лересы Коринтия, Келани и Кирстин Кевалайн.

Они спустились по широкой лестнице, подхватив платья, чтобы не споткнуться. Пять шагов отделяли Келани от Коринтии и пять – от Кирстин. Остальные Имена уже свернули налево и скрылись в гостиной. Это был единственный путь среди безымянных родственников и друзей Херальдумов, что стояли по обе стороны. Лесть читалась в их улыбках. Кевалайны радушно кивали и редко улыбались в ответ. Все, кроме Кента, которому люди без Имени казались пустым местом.

Дворец был на удивление продуманно украшен. Позолоченный и белый жемчуг переплетались, смягчая строгость стен. Полукруглый стол стоял на возвышении в центре зала. За ним восседали секиры. По правой стене шел ряд окон, которые позже ночью, во время игр и светских собраний, открывались с видом на потрясающие сады Херальдумов. Слева, на меньшем помосте, музыканты ждали сигнала, чтобы начать играть. Столы были расставлены хаотично, словно кто-то легко брызнул кистью.

Они были необходимы для тех, чьи ноги не созданы для танцев и кто предпочитал в спокойствии и уединении пробовать блюда. В зале хватало голодных глаз. Многие мечтали хотя бы минуту провести со знатью. Многие руки жадно тянулись к ним. Казалось, сами души безымянных рвались к Именам.

Голос Хиранеля раздавался тихо, но отчетливо. Его звук прекращал любой шепот.

Семья Т. Секир Тиберий Тахира и его сын. Наследник и лерен, Тео Тахира.