Девушка из офиса

– А что там думать? Ты их из SAP просто должна выгрузить, как обычно…

Эта колхозница, вылезшая из сеновала, начинает меня конкретно бесить.

– Я все же предпочитаю думать, а не просто выгружать, – огрызаюсь я, но натягиваю улыбку, про себя говоря: сядь на место, буренка, здесь тебе не пастбище.

Я совсем забыла про долбаный отчет. Хорошо, хоть Машка напомнила, а то бы могло и от Нади влететь, если бы незаполненные данные обнаружила она, а не Машка. Кстати, о Машке, надо бы ее тоже пригласить.

Все-таки периодически она прикрывает меня по работе. Иногда на нее можно слить часть своих обязанностей, у нее все-равно нет никакой личной жизни. А если не похудеет, то и не будет, предсказываю я.

Вот только, как я приглашу этот непричесанный колхоз куда-то вместе с расфуфыренной Гарелкиной и рафинированной Катей? Собирать их в одном месте – как надеть свадебное платье с гриндерсами. Кто-то скажет, экстравагантно, но я считаю – рискованно и нелепо. Решаю сходить с Машкой отдельно в какое-нибудь не слишком дорогое место.

Для конспирации можно пригласить еще Марину. Сохраняю и закрываю файл со списком гостей и открываю файл с отчетом, но тут же вспоминаю, что нужно бронировать столик в клубе прямо сейчас. Московская клубная культура диктует свои правила, и правила эти говорят о том, что столы на субботу разбирают уже в понедельник. Выбегаю в коридор, чтобы не слышали коллеги, для вида хватаю пару листов со стола, как будто иду на деловую встречу. Звоню в бар. Плохая новость в том, что завтра нужно привезти депозит, но хорошая – его могут снять с кредитки. С моей выжатой насухо кредитки, грустно думаю я.

Надя вернулась со встречи, и коллеги больше не обсуждают киноафишу, притихли за своими мониторами. Хочу написать Кате, пригласить на вечеринку, у нее бурная светская жизнь и, подобно московским клубам, ее нужно бронировать минимум за неделю, как вдруг слышу недовольный Надин голос:

– Квартальный отчет не заполнен, ну! Коллеги!

Да, я опять про него забыла, но Надя могла бы и не причитать.

Она выходит из своего кабинета, одетая в брючный костюм молочного цвета и черные туфли со сверкающей вырви-глаз пряжкой Manolo Blahnik. Кто-то вышивает крестиком, а Надя Герк – выпендривается перед подчиненными. Кудрявые непослушные пряди обрамляют лицо объемной шапкой, отчего нос даже не кажется таким длинным. Она стоит посреди комнаты, заложив руки в карманы брюк.