Осторожно, осень!

– Хорошо, постараюсь не обращать, – согласилась я. – Спасибо!

– Сейчас будет два урока физкультуры на улице. Прогуляем?

Прогулять уроки – со мной такого еще ни разу не было! Но потом можно будет всегда сослаться на «женское», смекнула я. И согласилась.

Сентябрь стоял теплый, солнечный. Но из города уже ушла та летняя духота, от которой не скрыться даже в тенистом парке. Мы с Жанной беззаботно шлялись по улицам, в лицах пересказывая сами себе историю со жвачным пузырем. А затем хохотали, как ненормальные.

И всякие сварливые старушки, и недовольные прохожие, завидев Жанну, обходили нас стороной. Видимо, думали – такие и ответить могут.

– Вообще Марина Борисовна ничего так, – отсмеявшись, сказала Жанна. – Морали часто читает, с принципами у нее все сложно. Но добрая она на самом деле. Мне всегда тройки по русскому и литературе натягивает. А я ведь ни бум-бум!

– Угу-гу-гы, – пыталась ответить я, все еще вспоминая удивленно-растерянное лицо Марины Борисовны, когда перед ее носом лопнул пузырь.

– А почему ты из прошлой школы ушла? Переехали? – спросила вдруг Жанна.

И тут ветер дунул мне в лицо с такой силой, что я схватилась за свою драгоценную челку, боясь, что ее вовсе унесет. Но снесло у меня что-то другое. Сама не знаю почему, но я вдруг ляпнула:

– Выгнали! – и, вытряхивая несколько желтых листьев из волос, воодушевленно продолжила: – Ага, выгнали напрочь из прошлой школы. Хулиганила напропалую! Весь район не знал, куда от меня деваться. Пришлось вот переезжать.

Всю семью с места сорвала, а что делать? Там участковый у нас на лестничной клетке буквально поселился. Чуть я из дома – он за мной шасть. Невыносимо!

Пока я несла всю эту ахинею, глаза Жанны вылезали из орбит все с большим и большим восторгом, от чего она стала походить уже не на кикимору, а на окуня из рыбного отдела.

– А так и не скажешь, – выдохнула наконец она. – Ну, видно, конечно, девчонка ты не промах. Но чтоб так…

Распалившись после первого успеха, я еще долго что-то плела о своих былых деяниях.

Пришлось призвать на помощь весь литературный дар и налить столько воды вокруг своих несуществующих подвигов, что к концу моей тирады Жанна была окончательно покорена. И смотрела мне в рот, как будто оттуда ежесекундно вылетали райские птицы.

– Только без фанатизма, – добила я ее контрольным.

И чуть не упала замертво прямо посреди усыпанной листвой парковой аллеи. Столько вранья мне (еще вчера «приличной девушке») было не вынести.