Закрытые двери

Но о той истории тебе все известно, а сказки тебе повествуют о новой, той, что началась, когда ты заснула. Сейчас тебе нужно запомнить две вещи – браслет никому не показывай и не рассказывай никому о себе и о том, что будешь вспоминать.

– Но я помню только то, что было до всего этого, – я пространно махнула рукой и откинулась на стену. – А кто поверит, что я это не выдумала, а застала?

– А вот этого вообще никогда не упоминай, – строго заметил он. – Уже то, что это знают те дети, плохо. А если они расскажут кому? Или ты? Начни жизнь заново.

И живи так, как хочется тебе. Придет время, ил поднимется со дна и перемешается в твоей голове с новыми мыслями. Ты все вспомнишь и начнешь новую жизнь. А пока просто учись тому, что видишь. И убери браслет подальше от человеческих глаз – он дает тебе силы, а людям дарит страхи.

Старик пошарил рукой в мешочке и достал оттуда маленький черепок какой-то длинноклювой птички.

– Возьми, – он потянулся и вложил его мне в руку.

 – Он не убережет тебя, и не будет охранять. Но он будет напоминать тебе об иле, что в тебе есть. И когда придет время, он поможет его поднять.

Я растерянно сжала черепок в кулак и кивнула.

– Иди, – старик подтолкнул меня к улице, уже переполненной людьми и звуками. – Мне больше нечего тебе сказать. Мое зрение уже не то, что было прежде.

Убрав черепок в мешочек с деньгами, я вновь достала пару монет и протянула их старику.

– Это не милостыня, – насильно вкладывая их ему в ладонь, пояснила я.

 – Это плата за рассказ.

И пока он не нашелся, что ответить, пошла прочь.

Чувства вновь стали смешанными. В мыслях вихрилось недоумение, негодование, удивление и непонимание. Снова разум отказывался принимать тот факт, что прошло полтора века и люди не просто живут новой жизнью, а даже и не знают другой. Они пользуются привычными для меня вещами совершенно не по назначению. Они меняют реальность под себя, стараясь выжить.

И если, живя у себя там, в Старом городе, в доме с каменной печью, со свечами и остатками газа в баллонах, я воспринимала это, как эксперимент, как что-то простое.

То теперь, выйдя в город, встретив странного старика с птичьими косточками, меня снова окунуло в чужой, чуждый мне быт. В мир, где никто не знает о телефонах, о электричестве и вакцинации.

Удивительное средневековье, выстроенное на руинах моего мира. И я – последний свидетель прежней жизни.