Брилонская вишня

Строгая иногда, но от нее то яблочко лишнее получишь, то хлебушек, то конфетку. Жалеет нас, не порет, как остальные.

– Вас тут порют?! Ты же сказала, что все спокойно!

– Так тебе тут что, дворец царский? Они не немцы были б, если б не пороли. Но Марлин хорошая, сочувствует нам. Как говорится, везде найдется отрада. А вот вторая надзирательница зверюга… они с фрау Эбнер посменно работают. Мы ее ведьмой кличем. Не в глаза, конечно. Страшная такая, лицо квадратное, лошадиное, глаза маленькие, космы лохматые. Ходит с плеткой, выхаживает, да как зыркнет своим глазом – в дрожь бросает!

Я тоже невольно вздрагиваю.

Обнимаю себя.

– Ты же сказала, здесь только офицеры живут, – говорю. – Но Марлин никак на офицершу не похожа…

– Офицеры, но за нами приглядывать берут и из низов. Охрана – обычные капиташки или вообще сержантики. А в мужском бараке, конечно, надзирателями самих офицеров назначили. Старший – штурмбаннфюрер Вернер. Щекастый такой, видела?

– Видела.

– Так вот, он не только над мужиками главный, но и над всеми пленными.

Мы его Мыло зовем. Потому что от него всегда мылом пахнет, вонючим таким, дегтярным. Та еще мразина, скажу я тебе, вот чтоб он на мине подорвался, прости господи… К нему ты подход не найдешь, не пытайся. А еще напьется, бывает, и как дурачок в одних кальсонах с плеткой бегает.

Я молчу. Невольно сама беру пушистый клубок и начинаю разматывать.

– Так Вернер – самый главный здесь? – уточняю. – Я видела, как он кому-то отчитывался о работе. Такому офицеру, оберштиль… оберштуль… оберштам… В общем, какому-то высокому по званию.

Лет тридцати пяти. У него еще родинка прямо в глазу.

Ваську аж перекашивает. Она скребет щеку и сплевывает прямо на пол.

– Ну да, – пожимает плечами. – Это ж комендант. Он подполковник вообще, но его главным поставили, за пленными присматривать. Он – наша верхушка. Сам редко во что-то вмешивается, обычно это Мыло за всем следит. Но если уж разозлить самого коменданта…

Ее снова передергивает. Нервно трет шею и сглатывает.

Так вот кто здесь комендант! Вот о ком Марлин постоянно говорила!

– Запомни мои слова, – свистящим шепотом говорит Васька. – Увидишь коменданта – лучше замри. Если работаешь – работай в полную силу. Он на тебя может и внимания не обратит, а если вдруг обратит, то ты не уходить, а выползать от него будешь. Если, конечно, он тебя в живых оставит. А то, знаешь… Ему тут один парень случайно документы молоком облил. Ну, стены красил в его кабинете и стакан толкнул.