Брилонская вишня

Какой друг? У меня разве друзья есть? Он шутит, что ли? С папки пример берет?

– Какой еще друг?

– Ну я чего, твоих друзей, что ли, всех знаю? Этот самый, у которого мамка в магазине работает. Как же его… Хмельницкий!

В груди все замирает. Тело обдает мурашками. Я не дышу, ведь если вдохну – развею все своим дыханием, как морок. Даже пальцы на руках, кажется, перестают чувствоваться.

– Да неужто Сережка? – хрипло выдыхаю я – и даже не узнаю собственного голоса, настолько он сделался тонкий и жалкий.

– Слушай, Вера, ну как будто я разбираюсь в твоих Сережках да Антошках! Выйди, глянь.

Я знать не знаю, зачем приперся. Вышел коней забирать, а он на забор облокотился и стоит, смотрит. Я ему: «Пацан, тебе чего?». А он так тихо, знаешь: «А Веру можно?». Я: «Так она еще спит поди». А он: «Ну, если не спит, крикните». Что, шестнадцать стукнуло, и уже женихи появились?

Я взвизгиваю, взлетаю с сундука и кидаюсь к комоду. Кричу на ходу:

– Ой, Паш, ты только выйди, скажи ему, что я сейчас! Сейчас, только причешусь и платье найду… А ты скажи! Скажи, а то вдруг уйдет! Ой, только б не ушел… Иди быстрее, ну! Уйдет же!

Расческа запутывается и тонет в шевелюре.

Я злюсь, раздираю ею волосы, закидываю их назад и спешно влезаю в сарафан. Прямо босиком выбегаю во двор. И чего ему не спится в такую рань? Туман еще не сошел, холодно, трава мокрая, и деревня вся молчит, спит. Вот только Евдокия Игнатьевна корову на пастбище гонит, но она всегда раньше всех просыпается, чтоб корова – прости господи, кости одни – самой сочной травы наесться успела.

А Сережка стоит. Стоит, смотрит на меня, улыбается. Глаза иногда опустит, потом снова поднимет. И мне тут же вдруг становится важно: а как я выгляжу? А на ту ли сторону я в спешке надела сарафан? А хорошо ли расчесаны волосы?

– Привет, Вер, – он все еще улыбается, но на меня не смотрит, лишь скребет ногтем по калитке и играется с крючком.

Я прочищаю горло, выдавливаю улыбку и киваю:

– Привет. А ты чего так рано? И чего ко мне? Раньше ж не заходил.

– Да я все дома обхожу. У нас кошка пропала. Раньше все весной исчезала, потом возвращалась, а тут летом. Уж сколько я ее ждал, сколько звал – а ее нету. Вот, хожу, ищу. Может, видела? Желтая такая?

– К нам точно не забегала. Это все понятно, ну а так рано-то чего? Все люди спят, а ты их будишь.

– А мы ее отдать решили. Мамка в город через час уезжает, и кошку подруге увезет. Нужно успеть срочно найти, пока не уехала.

Я переплетаю свои пальцы.