Тень Белого Тигра

Но ты же просил доверять тебе хотя бы до прибытия в Хансон. Соглашение работает в обе стороны, Рэвон-сонбэ. Я поступаю так, как считаю нужным. Совсем скоро этот вопрос разрешится, и мы поймём, можем ли двигаться дальше без опасений.

– Что ты задум…

Он не успел договорить: капитан Кан, видно уставший от их споров, решил остановить их самостоятельно.

– Обычно мы не принимаем гостей. Я готов разместить здесь в комнатах Хранителя Дракона, но не всех женщин севера.

Йонг повернулась к нему всем телом, скривила губы.

– Нас тут всего двое, а это далеко не все женщины севера. Но раз вы снисходительны к Хранителю Дракона, может, окажете услугу и девушке из Священного Города?

Она поморщилась: называть себя опостылевшим прозвищем и навлекать больше проблем, чем пользы, было неосмотрительно при других обстоятельствах. Но сейчас Йонг знала: её выбор определяет судьбу этого странного места.

Рэвон выругался сквозь зубы, ахнула Харин. Капитан Кан, несколько смутившись, прищурился.

– Мало кто готов называть себя проклятым именем, – произнес он задумчиво.

 – Уверены, что хотите запомниться мне именно так?

– У меня нет цели стать вашим другом, – отрезала Йонг. – Всё, чего я прошу, – это место для ночлега, чистая вода и еда для моих людей.

– Это уже много, – процедил капитан, но всё же согласился: махнул рукой в сторону арки, кинул туда же короткий приказ. – Оставайтесь здесь. Мужчины могут расположиться в такой же комнате южной башни. Всего лишь на день я дам вам крышу над головой. Завтра к ночи вы должны покинуть безымянную крепость.

Значит, он ждет ответа к ночи. Капитан Кан, вас прочитать легче, чем открытую книгу… Йонг вежливо поклонилась и выпрямилась только тогда, когда шаги капитана стихли за аркой.

У нее ровно день, чтобы найти иноземцев и выяснить, как их можно освободить.

Ночью Йонг не спала – следила, когда стражники у комнаты уйдут спать, и говорила с Харин, пока другие не вернулись на их место. Та рассказала об узниках, которые Йонг так интересуют.

Оказывается, других преступников тут не держали, только иноземцев, что коротали срок уже лет пять, с окончания первой войны Чосона и Японии.

– Некоторые выучили наш язык и иногда со мной разговаривали, – поделилась Харин. – Я носила им еду, пока жила тут под присмотром капитана Кана.

– Они рассказывали, за что их посадили в тюрьму?

– Нет… – Харин повела плечами от холода, которого Йонг не чувствует вовсе. – Мне запрещено было об этом спрашивать.