Тень Белого Тигра

Нагиль обернулся Великим Зверем и поднялся вдоль горного хребта навстречу восходящему за ним солнцу.

Дракон плыл в течении воздуха, который его огромным телом ощущался всего лишь вечерней прохладой. Далеко внизу тянулись земли, от которых пахло рисом и пеплом, абрикосовым цветом и сливовым древом. Это были большие земли, хранящие древние знания, помнящие других Великих Зверей и другие времена – те, когда люди почитали своих богов и подчинялись их воле, а не пытались усмирить то, что им познать было не под силу.

«Значит, всё правда, – отзывался глубоко в теле Дракона генерал слабых людей. – Когда-то вы пришли в Чосон с большой земли».

«Ты ошибаешься, – возразил Дракон Металла. – Но всё же ты прав».

«Твой мэштренним знал это, нашёл в старых источниках упоминания о древних богах Империи, – добавил Дракон Дерева. – Твой мэштренним был мудрым человеком, не в пример тебе хладнокровным. Знал, когда стоит говорить, а когда – молчать».

«Мастер Вонгсун интересовался прошлым гораздо больше, чем настоящим, – ответил генерал трусливых людей, и в отголосках его сознания Дракон почуял злость и обиду.

 – Но я не виню его».

«Винишь, – выдохнул Дракон Металла в проплывающее мимо облако. – Злишься. Считаешь своё положение несправедливой участью, забывая, что именно оно позволило тебе получить власть, силу и положение. Вы, смертные, цените эти незначительные вещи больше, чем жизнь».

Дракон Металла хитрил, провоцировал своего человека, в теле которого вынужден был обитать с момента коварного шаманского ритуала.

Он знал, что сосуд, что ему достался, генерал Мун Нагиль, был лучше многих людей своего поколения.

Это был человек чести и слова, и он держал обещания не только и не столько из-за страха быть уничтоженным драконовым пламенем изнутри. Он понимал цену действию и умел вести за собой других.

Но в противовес его хорошим качествам Дракон ставил другие, низменные. Сомнения в собственных силах.

Необузданные страхи и ночные кошмары, что преследовали генерала в моменты слабости. Страсть, затмевающая разум. Гнев, лишающий рассудка. Этот человек был вспыльчивым и ведомым, если дело касалось его личных чувств.

С тех пор как генерал людей Чосона стал ставить вперёд страны женщину, он раз за разом доказывал Дракону, что занял не своё место.

«Ты повторяешь судьбу своих предков, генерал Мун Нагиль, – задумчиво протянул Дракон Дерева.