Потусторонняя Академия. Охота на демонов и сундук мертвеца. Часть 2.

Судя по расквашенной физиономии и располосованной одежде похитителя, постарались все, включая котарсиса. Клим прав, у меня еще будет возможность оставить свой след на поганой плоти. Тряхнул головой, избавляясь от ярости. Развернулся и поспешил на поляну. Нужно пространство для оборота.

За спиной услышал: «Никогда не видел его таким». Мельком осмотрел себя. Руки сплошь покрывает чешуя, по дискомфорту в спине догадался, костяные гребни вдоль позвоночника тоже вылезли.

– Потерпи, моя девочка, – прошептал я, укладывая Алексу на траву.

Клим был рядом и помог осторожно уложить Алексу в мою лапу.

Доставил ее в центральную лечебницу Саргасса. Видимо, эскулапы тоже оценили мое состояние. Вопросов не задавали, просто сбежались к раненой всем скопом.

Всю ночь вкруг ее койки сновали целители, не подпуская меня даже близко, и только к обеду следующего дня главный разрешил войти.

Осторожно приблизился. Засохшей крови уже не было. Но то, что оказалось под ней, заставило меня вновь до хруста сжать кулаки.

Кожу сплошь покрывали раны и порезы. Сейчас обработанные и бледные, но мне они виделись чудовищными росчерками. Каждый, каждый из которых причинил ей боль.

В сознание она пришла ближе к вечеру и, едва увидев меня, принялась беззвучно плакать. Наплевав на наказы целителей, мигом приблизился и обнял.

– Тшш…все позади.

Шептал успокаивающие слова, гладил, словом, пытался хоть как-то отогнать те ужасы, что ей пришлось пережить. Сердце разрывалось от боли и жалости.

– Стефан, мне было так страшно, – глотая слезы, шептала Алекса.

– Он больше никогда до тебя не доберется. Обещаю.

Я чувствовал под руками вздрагивающее израненное тело. По коже струились ее горячие слезы, и, казалось, хуже быть не может, как вдруг услышал:

– Я боялась не охотника. Я боялась, что ты не станешь меня искать.

Если ударить в сердце клинком и повернуть его, едва было бы больней. Сглотнув вставший попрек горла ком, тихо произнес:

– Я с тобой.

Алекса.

Он ушел. Я сама попросила его об этом, как только пошла на поправку.

Понимала, Стефан рядом из чувства вины, и не хотела продолжать эту бессмысленную, болезненную иллюзию. Это как с лейкопластырем. Лучше один раз дернуть и взорваться от боли, чем тянуть, растягивая мучения.

Целители в столичной лечебнице проявили чудеса профессионализма. На моем теле не осталось ни единого шрама. Разглядывая гладкую кожу, я не верила своим глазам. Подошла к зеркалу, повернулась спиной и взглянула из-за плеча.