Пусть эта музыка стихнет

Густые пепельные тени на веках делали их абсолютно неземными, словно доктор Сачи прибыла с другой планеты.

Он отрицательно покачал головой.

– Из-за памяти. Наши тела исчезают, превратившись в ресурс, но память остаётся. Плохое, хорошее, честь, бесчестье, любовь, ненависть и, главное, опыт. Она вливается в информационное поле планеты и хранится в определённых кластерах, защищённых своего рода паролем. Сдав экзамен, представитель линии крови получает доступ к архиву знаний.

Мелик опустил взгляд на свою руку, изучая рельеф вен на кисти.

– То есть… – русые брови сошлись у переносицы. – Я получу опыт отца?

– Не сразу, но не только его – и других уже почивших представителей линии крови. Все, кто поделился собой с Пай, попадают в эти кластеры. Потомки, успешно прошедшие экзамен, могут подключаться к памяти предков в поисках ответов на вопросы в любое время.

– Я думал, информационное поле существует само по себе…

– В хаотичном виде. Пай научились его упорядочивать, – доктор Сачи указала на пруд: – Как от одной капли расходятся круги, так один Пай хранит память обо всём, что узнал.

Молодой человек сжал губы и напряжённо кивнул.

– Важно понимать, – сделав паузу, сказала доктор Сачи, – что какую память человек оставит после себя, зависит лишь от него… Ты встречался на занятиях с ученицей Карой?

Мелик отрицательно покачал головой; зрачки расширились, выдавая ложь.

– Скоро её совершеннолетие и экзамен. Она откроет нам доступ к мириадам йотабайтов[21 - Йоттабайт – кратная единица измерения количества информации, равная 1024 байт.

] данных. Когда я смотрю на неё со стороны, то порой, удивляясь, забываю, что могу делать то же.

– Похоже на чудо, – пробормотал Мелик. – Выходит, каждый Пай бесценен?

Доктор Сачи с улыбкой кивнула.

– Я бы хотела проверить в тебе силу крови Пай, – продолжила она. – Проведём тест?

Доктор Сачи принесла супербук: на экране быстро мелькали фигуры разных форм и цветов.

– Сейчас они ненадолго замрут и затем продолжат перемещаться.

Нужно восстановить порядок, и важна каждая деталь. Для точности мы повторим тест несколько раз.

– Это же просто, – Мелик словно забыл все свои тревоги. – Я легко справлюсь.

Разноцветный вихрь крутился на экране. После обещанной паузы, Мелик протянул руку и стремительно начал переставлять фигуры и выбирать цвета, воспроизводя отпечатавшийся в памяти узор. Движения были чёткими, их последовательность – выверенной, а точность – абсолютной.