Мистика ночи

По лестнице взошли на второй этаж и немного прошли по длинному коридору. Зашли в один из номеров (для этого мужчине пришлось отпустить меня) и, не включая свет в прихожей, тихонько прикрыли за собой дверь. Потом мой конвоир нащупал какой-то рычаг на стене, и шкаф для верхней одежды стал медленно отъезжать в противоположную от входа сторону. Казалось бы, куда уж больше удивляться сегодняшним странностям… Но нет, оказалось, что вместо стены или там тайной двери за деревянной громадиной находится целый лифт. И как он уместился в стене между номерами?

– Рот закрой, из ступора выйди и следуй за мной, – предвидя мою дальнейшую реакцию, проговорил Мартин.

Пришлось безропотно подчиниться его приказу. Идти мне теперь такой странной уже некуда. Дома меня никто не ждет, да и передвигаться по столице, как привыкла, уже не смогу. По крайней мере, пока не выясню, что это за чертовщина меня настигла на Сретенке, почему именно я и что сталось с дядей Лешей. Да уж, получается, что дороги назад у меня уже нет.

День второй: заново познакомиться с Москвой

– А когда мы уйдем, шкаф вернется на свое место? – задала поистине глупый вопрос я, чтобы хоть как-то начать разговор с капитаном. – А то вдруг придет кто…

– Не придет, но он отъедет, – недовольно произнес Штрасс, нажимая кнопку минус пять. – Только не удивляйся и постарайся особо не смеяться, когда мы с тобой выйдем на нужном этаже. А то отдам на растерзание нашим ученым-экспериментаторам.

– Почему? – я благоразумно пропустила мимо ушей его угрозу.

– Потому что штабом у нас руководит женщина, – процедил капитан Штрасс. – И не советую тебе расспрашивать меня на эту тему.

Да мне и так было понятно, что у них там сложные отношения. Возможно, даже посчастливится увидеть своими собственными глазами, насколько сложные. Ведь этот самоуверенный и неотразимый иностранец вынужден подчиняться русской, что, по его мнению, наверняка недопустимо в принципе. Вон, как лицо перекосилось.

Я пожала плечами и приготовилась увидеть что-то невероятное.

И как раз двери разъехались в стороны, открывая по истине странную картину. С одной стороны, в интерьере чувствовалась женская рука, но с другой… Какие-то пупырчатые пластины на потолке, сосуды и колбы, наполненные светящейся жидкостью, были установлены прямо в коридоре и выполняли роль освещения. Под потолком же из стен в некоторых местах выступали наружу черные провода. Пол почему-то был застелен резиновым ковролином.