Изумруды из царства мертвых

Для разнообразия можно было бы завести и мальчика.

А он не хочет мальчика. Его вполне устраивают девочки. Он с детства обожал девчонок. Был галантным с учительницами, мамиными подружками, докторшами в поликлинике. И все отвечали ему хорошим отношением.

Женился он быстро, отведя в загс ту, которая смотрела ему в рот и ловила каждое слово. Обычно этого бывает мало для построения прочных и долгих отношений, но будущая жена была еще и хорошенькая – а это, между прочим, немаловажно, и в итоге Григорий ни разу не пожалел о своем решении.

Жена подарила ему дочек, а это ли не счастье?

На работе он тоже тут же взял под свое крыло всех девушек своего отдела. И хотя никаких видов на них не имел – Григорий являлся верным семьянином и изменять жене не собирался, – все же ревностно оберегал их от посягательств мужчин из других отделов. Как правило, посягательство заключалось в приглашении на чай по случаю дня рождения или рождения ребенка. В этом случае Григорий, словно тот самый петух, сопровождал свой женский коллектив и уводил обратно, как только считал, что посиделки слишком затянулись.

О подобных Гришиных завихрениях знали абсолютно все, но к ним так привыкли, что просто перестали обращать на них внимание. Пусть сопровождает. А почему бы и нет? Всегда приятно, когда рядом есть сильная мужская рука, которая и вина нальет, и закуски положит. Однажды Маргарита попыталась завести с Гришей ни к чему не обязывающий служебный роман, но Григорий так мягко и необидно отбрил дамочку, описав ей всю прелесть своей семейной жизни, что та даже не обиделась.

С тех пор Григория считали кем-то вроде подружки. Но ему это даже нравилось. Все под присмотром, все при нем. Дамы мило ему улыбаются, спрашивают совета и во многом полагаются на его мнение. А что еще нужно мужчине для счастья?

Знакомые называют его ювелиром. За то, что наплодил так много девочек. Да, он ювелир. Вон какие растут девчонки. Загляденье!

На Гришином лице появилась гримаса. Почему-то мысль о ювелире вызвала в нем волну негатива.

С чего бы это? А может, он стареет? Может, не зря говорят – седина в бороду, бес в ребро? У него как раз появились первые седые волоски. Правда, он их тут же безжалостно вырвал. Но ведь вслед за этими будут и другие.

В дверь тихонько поскреблись, и почти тут же в ванной оказалась супруга Наденька. Она заперла дверь на задвижку, выскользнула из халатика и всем телом прижалась к Григорию. Он вдохнул сладкий запах ее волос, ощутил на своей груди ее руку и расслабился.