И тысячу лет спустя. Ладога

 – Можете прямо сейчас открыть тот текст, что она прислала вам на почту?

Редактор замешкался и завис на пару секунд.

– Да, я попробую найти… Вы же понимаете… как много у нас… Я вряд ли сохранил файл у себя на компьютере, но, может, он остался где-то на почте…

Ему понадобилось около пятнадцати минут, чтобы отыскать документ.

– Вот, – редактор протянул ручку и клочок бумаги. – Напишите мне свой адрес, и я вам отправлю.

Марк быстро черкнул несколько латинских букв и кругами заходил по кабинету.

– Когда она прислала вам этот документ?

– Мы рассматриваем заявки от шести месяцев, бывает… так что…

– Просто посмотрите дату в письме! – нервно заметил Марк и вздохнул.

– Так, – редактор застыл, разглядывая синий экран. – Это было еще в августе того года… да, точно. Все, я отправил вам письмо.

– Спасибо и до свидания… Надеюсь, не скорого… И да, если будут какие-то новости, сообщите мне, – Марк быстрым шагом вышел из кабинета, уже набирая на ходу следующий номер на телефоне.

– Постойте, – редактор вдруг поднялся и пошел за следователем в коридор. – Если это поможет, по ее книге мне постоянно звонила некая Анна…

– Анна?.. – Марк развернулся на пятках и замер.

– Да. Она представилась ее подругой, названивала часто и настаивала на том, чтобы я встретился с автором. То есть с вашей пропавшей. Она даже угрожала мне!

– Чем?

– Могу ли я… не раскрывать таких подробностей… – замешкался редактор и поморщился. – Это слишком личное.

– Окей. Пока вы не в участке, можете и не раскрывать. Остался ее номер?

Редактор вдруг почесал затылок и отрицательно помотал головой. Он тут же представил, что будет с его жизнью и карьерой, как только подробности его личной жизни засветятся в деле, и почувствовал, как под штанами все сжалось. Уж лучше бы молчал!

– Не думаю. Извините. Это было очень давно, а у меня новый телефон… и симка…

– Понял. В любом случае спасибо. Это уже хоть какая-то зацепка.

– А что… это правда… что эта писательница – жена Новикова? Того бизнесмена? Сочувствую ему.

Аристов только поджал губу и причмокнул языком. И даже когда человек умирает, людей больше волнует не сам умерший, а овдовевший, поскольку у второго больше денег и громче имя. Редактор проводил следователя до двери и вернулся в кабинет. Он крутился в кресле, о чем-то раздумывал и вдруг с громким стоном не то восхищения, не то удивления вскочил на ноги.