И тысячу лет спустя. Ладога

– Если эта женщина пропала или, возможно, даже умерла… – он прикусил ноготь на большом пальце, – люди будут толпиться в магазинах, чтобы купить ее книгу… чтобы стать частью этой катастрофы… Все, что им нужно… это хлеба и зрелищ!

Он начал ходить по кабинету кругами, как несколько минут назад это же самое делал Марк. Его лицо покраснело от перевозбуждения и трепета. Возможно, он был в шаге от самой выгодной сделки в своей жизни. Но сделки с кем?

Редактор плюхнулся обратно в кресло и принялся читать работу Мирославы, решив дать ей второй шанс.

К его удивлению, в этот раз текст читался легче и плавнее, он увлекал своей динамикой и сюжетом. Быть может, прежде редактор был слишком предвзят?

Он порылся в черном списке, нашел номер Анны, докучавшей ему угрозами последние месяцы, и разблокировал его.

– Здравствуйте, не верю, что я делаю это, после всего, что было, но… я звоню вам по поводу Мирославы Новиковой… Да, я знаю, что она пропала, но… мы бы хотели издать ее книгу.

Знаете ли вы кого-нибудь, кто может иметь права на ее рукопись? Вы не знаете? Как? Мы же говорили с вами…

– Вероятно, вы говорили с Анной… не со мной, – прошептал женский голос. – Она умерла больше месяца назад. Извините, ничем не помогу помочь.

Послышались гудки, и редактор не знал, был он счастлив или грустен. С одной стороны, его самый страшный секрет был теперь в могиле. С другой – он упустил прибыльную сделку, какая бывает только раз в десятилетия! Или еще не упустил?

– Александр Новиков… – прошептал редактор, усевшись в кресло перед монитором.

 – Александр Новиков, – прошептал он, набирая свой запрос в поисковике.

Марк вышел на улицу.

– Марина. Теперь еще и Анна, – простонал опер, натягивая шапку на уши. – А это дело становится все интереснее и закрученнее…

Для начала апреля в Петербурге было удивительно тепло и сухо, однако ветер не изменял своей привычке быть по-питерски мерзким и надоедливым. Прохожие и туристы неторопливо бродили по Невскому, попивали кофе, глазели по сторонам и останавливались посреди дороги, чтобы сделать фотографии.

Марка это всегда выводило из себя. Он не был человеком, который умел остановиться, успокоиться, поймать момент. Он постоянно куда-то бежал, но не понимал, что бежит от себя, и потому этот забег был бесконечным.

– Андрей, привет, – Марк говорил по телефону с программистом, что когда-то был его близким другом. – Есть одна хорошая подработка.