Обезглавленное древо. Книга пятая. И жили они долго

Если бы не мальчишка, который видел, как вы затемно уходили из деревни, пожалуй, я бы тебя и не сыскал.

Он достал кисет, бумагу, ловко свернул самокрутку и блаженно затянулся.

– Так отпусти нас, ты же получил, что хотел, – небрежно заметил Дирхель. На виске у него быстро пульсировала жилка.

Закрейн погрозил ему пальцем.

– Отпущу, когда пойму, что вы мне больше без надобности. Потерпишь, не впервой.

В коридоре послышались шаги, и один из людей Закрейна высунул голову наружу.

– Кое-что есть, Зак, – сказал он, – но тебе лучше самому это увидеть.

Закрейн со вздохом поднялся и бросил самокрутку в ручей, где она с шипением погасла.

– Эх, годы мои не те, по лестницам лазить…

Перед тем как нырнуть в черноту проема, он обернулся и взглянул по очереди на каждого из своих людей. Дружелюбное выражение исчезло с его лица, точно стертое тряпкой, глаза холодно блеснули.

– За эту парочку головами отвечаете, ясно?

Когда он исчез, Крис осторожно выдохнула и переступила с ноги на ногу. Она уже устала стоять в одной позе и понимала, что удерживавший ее человек тоже устал.

Рука, застывшая у ее горла с ножом, у него, наверное, уже отваливается. Кроме того, ему сильно мешала котомка Крис и арбалет, по-прежнему болтавшийся у нее за спиной.

Из проема гулко доносились какие-то разговоры – видно, Закрейн спускался в шахту лифта. Потом все стихло. Было слышно, как журчит по камням ручей, а с потолка пещеры срываются и шлепаются в воду крупные капли. Летучие мыши шуршали во мраке под сводами, словно устраивались поудобнее.

Иногда та или иная мышь срывалась с потолка пещеры и, треща крыльями, исчезала.

Минуты текли, Закрейн не возвращался.

– Эй, приятель! – наконец произнесла Крис – все вздрогнули при звуке ее голоса. – Мне надо по нужде, отпусти.

– Потерпишь. – Хриплый голос над ухом выдавал усталость.

Крис слегка шевельнула плечами – кончик ножа кольнул кожу.

– Как знаешь, но если я обделаюсь, приятного будет мало.

– Заткнись!

– Ладно-ладно, молчу! – поспешно произнесла Крис, но начала переступать с ноги на ногу, держась за живот и негромко охая.

– Да отпусти ты ее, к Темному! – не выдержал один из двух оставшихся охранников – тот, что держал факел. – Куда она денется? Отойдите только подальше.

– Ладно, пошли, – нож исчез, и Крис почувствовала, что свободна, – пошевеливайся!

Они ощупью двинулись вдоль стены, которая почти сразу резко свернула влево. Свет факела исчез, точно его не было, кругом царила темнота.