Обезглавленное древо. Книга пятая. И жили они долго

В первый год плавания на «Катрионе» он по неопытности потерял все три мачты в шторм – болтался по волнам, пока покалеченный корабль не прибило к берегу. Айк установил новые мачты, более тяжелые и крепкие, и тех пор шел буквально на все, лишь бы их сохранить.

Буря швыряла «Катриону», стремясь разнести ее на кусочки, огромный гик с треском перебрасывало с борта на борт. Матросы отчаянно пытались спасти хоть часть парусов – гроза налетела среди ночи и буквально застала их врасплох. Айк не знал, кто из матросов стоял на вахте и проспал, но если он уцелеет после сегодняшнего, ему крепко не поздоровится.

Эрнест, выгнувшись всем телом, точно натянутый лук, выбирал гроташкот. Айк промчался мимо него на нос и ухватил кливершкот. Кливер трепало, как половую тряпку. Айк тянул шкот, в кровь обдирая пальцы, паруса лопались у него над головой по всей длине, их разрывало и уносило в море. Но он упорно продолжал тянуть, закреплял двумя оборотами выбранную часть шкота и тянул снова, как только тот ослабевал.

Наконец им удалось положить «Катриону» в дрейф.

Почти все паруса сорвало, но она еще могла побороться, удерживаясь носом к волнам. Айк и команда работали как одержимые и взяли рифы у уцелевшего грота и кливера. После этого палубу перестало заливать водой, хотя гигантские волны по-прежнему швыряли суденышко из стороны в сторону.

Айка немного отпустило – самое страшное позади. Вся команда набилась в кубрик, сидели на койках, грызли сухари, по кругу ходил мех с вином. Айк вообще не очень-то любил вкус спиртного, но сейчас глотал его, как напиток богов.

Волны так швыряли «Катриону», что на ногах не удержаться, передвигались короткими перебежками, от койки к койке.

– Спать! – скомандовал Айк, когда все наелись и напились. – Никаких вахтенных. Без парусов все равно ничего не сделаешь.

Выяснение виновного тоже пришлось отложить до утра. На любом другом судне ему грозила бы порка, но Айк по понятным причинам к ней не прибегал. Если человек ошибался один-два раза, то отделывался внушением, а на третий раз Айк просто выгонял его из команды.

Никакие мольбы, просьбы и клятвы не помогали. Пару раз ошибиться может любой, но три раза уже говорят о нерадивости, а нерадивых Айк держать на судне не собирался. В любом порту полно безработных моряков, жаждущих получить место.

Эрнест послал двоих матросов выставить сигнальные огни на носу и корме. Айк рискнул открыть люк, ведущий вниз, к каютам, и ухитрился пробраться к себе, заработав лишь пару синяков.