Птицы молчат по весне

Кто, как не вы, позаботится о них и поможет перенести такое горе?

Тёплые нежные пальчики обхватили его запястье… Софья Нарышкина. Прелестный ангел, который не боится открыто сочувствовать ему… Владимир быстро поднял голову.

– Благодарю вас, mesdames… Это слишком тяжело… Моя бедная Анет! Но я должен справиться, должен – ради моих детей…

Он ещё раз глубоко вздохнул, опёрся о плечо Дениса.

– Мне придётся оставить вас, господа, и немедленно выяснить, что произошло в Стрельне. Я продолжаю молиться и надеяться, прошу молиться и вас…

– Поезжайте, Владимир Андреевич, – шёпотом произнесла Софи Нарышкина.

– Я с вами, мой друг! Вдруг Аннушка всё-таки выжила, ведь ничего же не известно! Возможно, моя помощь пригодится!

Доктор поспешил присоединиться к Левашёву. Ещё кто-то из приятелей вызвался ехать с ними. Уходя, Владимир обернулся и посмотрел на Софью Дмитриевну – та стояла, прижав руки к груди, а неподалёку застыл, наблюдая за ней и Левашёвым, бледный бесстрастный граф Шувалов.

* * *

Заворачивать домой Владимир не стал.

Надо сперва прояснить дело до конца, а стоило только представить, что придётся выдержать крики и слёзы Елены, ему второй раз чуть не сделалось дурно. А вот Катерина Фёдоровна, небось, обрадуется… Впрочем, о чём тут думать – надо ехать как можно скорее!

В ту ночь он запомнил лишь бешеную скачку, свист ветра в ушах – хорошо, хоть дождя не было! Доктор Рихтер следовал за ними в своей коляске, но скоро отстал, так как Владимир с Денисом не жалели лошадей.

Денис готов был загнать своего коня до смерти: ведь там его Люба, о судьбе которой он ничего не знал! Владимир, разумеется, догадывался о причинах его тревоги, но если, как им было доложено, от калитинского дома ничего не осталось…

Серенькое пасмурное утро открыло им страшную картину, при виде которой Денис побледнел, как полотно. Дом, и правда, выгорел почти дотла: остались печные трубы, обугленные балки, ступеньки крыльца, ведущие в никуда… Вокруг бродили любопытствующие: как же, такой страшный пожар в их краях!

Владимир спешился; к нему тотчас подскочил бойкий мужичок из местных.

– Барин, ах, горе-то какое! Ветер сильный был в ту ночь, мы пока тушить бросились, ан вся стена да кровля уж занялись… Ну, мы двери рубить начали, а там дыму – пропасть! Вот, успели вытащить их, одну бесчувственную, да ещё руки ей какой-то озорник связал!..

– Кого?! Кого успели вытащить? – вскричал Владимир и невольно попятился от рассказчика, как от ядовитой змеи.