Раб Петров

Существо казалось всего лишь дымкой, по прихоти некоего воспалённого воображения принявшей контуры человеческого тела. Оно вскинуло глаза – неподвижные, светло-янтарные.

– Гинтаре… Панна Гинтаре! – прошептал Андрюс.

Он вскочил, хотел подбежать к ней, но существо без улыбки покачало головой – и Андрюс застыл на месте. Это была она, Гинтаре – однако, такая живая и сильная летом, сейчас, зимой она смотрелась ледяным призраком или мороком каким…

– Пане Гинтаре! – заговорил Андрюс. – Что же мне делать теперь? Летом вы меня от смерти уберегли, обнадёжили, а теперь – хоть головой в колодец кидайся… Не умею я ведьмиными дарами распоряжаться, одни несчастья кругом.

Помогите, будьте милосердны!

Она снова покачала головой, будто с сожалением.

– Чем тебе помочь, отрок?

– Прошу, возьмите у меня ведьмин изумруд, коли можете, избавьте от груза непосильного!

– Я сего не могу, не мой дар был. Разве ты до сих пор с перстнем совладать не сумел?

– Я… сумел немного, – пробормотал Андрюс.

Отчего-то ему стало очень стыдно показывать себя таким слабым. – Но семье моей ведьмины подарки одни несчастья приносят. Дядя мой на изумруды зарится… Панна, пусть я жалок, ничтожен – избавьте меня от сей тяготы!

Гинтаре – или это была её тень – слабо усмехнулась.

– Не бойся дяди: где его вина, там ему воздастся. Но запомни, Андрюс: тебе дар был дан, тебе за него и отвечать. Людей в искушение вводить – не дело! Силу камня даром использовать не должно, как и убивать неразумно.

И Агне тебя выбрала не зря – не смотри, что её ведьмою проклятой славили; будет день – ещё вспомнишь её подарки да поблагодаришь!

– Но когда же? – в отчаянии вскричал Андрюс. – И теперь-то, теперь как мне быть?

– Ступай домой, – велела Гинтаре. – Погаси огонь на рассвете и ступай, не заплутаешь. Ты сейчас думаешь, что хуже часа и быть не может – а семье твоей каково? Что с ними-то будет, коли ты вот так, без вести в лесу пропадёшь?

От её слов Андрюсу стало ещё хуже. И вправду, как он мог подумать бросить сестёр и родителей одних, заставить оплакивать его! Исхудалое лицо Ядвиги с красными пятами на щеках вдруг встало перед его глазами – и он вскочил в ужасе.

А если дядя вернулся, обнаружил, что он исчез – и со злости прогнал родителей и хворую сестру со двора?

Однажды он уже так пропадал в лесу всю ночь – а вернувшись, обнаружил пепелище на месте родного дома. Андрюс бросился бежать, неведомо как отыскивая дорогу среди деревьев.