Рыцарь, куколка, царевна и Вася

Все у них было не так как, у Инны дома, другой мир. Даже на балконе оказались горшки с геранью и фиалками, а не мешки с сухофруктами и консервы. Она обратила внимание на шторы и, пораженная, замерла. У Инны был второй любимый фильм после «Собачьего сердца» – «Унесенные ветром». Его два раза показывали по телевизору, и оба раза Инна смотрела не отрываясь. Больше всего ей нравилось платье, которое Скарлетт сшила из зеленых бархатных штор с золотыми кистями. И вот сейчас она увидела точно такие же зеленые бархатные шторы с золотыми кистями.

Невероятно! Неужели у кого-то в самом деле висят такие шторы на окнах? Это же из ряда вон! Инна была почти у половины городка в гостях и ни у кого ничего подобного на окнах не висело. Иногда даже сомнение брало: а есть ли на самом деле та красивая жизнь, которую показывают по телевизору и о которой она мечтала? Теперь видела, что есть. В Москве! Вот ее доказательство в этой квартире! Инна испытала что-то вроде чувства победы.

За время обеда Инна неимоверно устала.

Оказалось, что едят в семье Киры не в кухне, а в комнате, как будто был праздник, и стол накрыт не клеенкой, а белой скатертью. Инна даже не поняла, что она ела, и было ли вкусно, так переживала, что заляпает скатерть и сделает что-нибудь не так. Ее о чем-то спрашивали, она отвечала, но все как во сне. К концу обеда она хотела уже только одного: поскорее уйти, чтобы перевести дух. А когда вышла из квартиры, то со всех ног побежала домой. Нет, она не мчалась к родному крову, чтобы найти там успокоение и защиту в привычном простом укладе. Вовсе нет. В беге Инна выплескивала напряжение и восторг от знакомства с желанным миром, от того, что она только что окунулась в него, и почти час прожила в нем. Добежав до своего обшарпанного подъезда, она уселась на лавочке у входа и, успокоившись, поняла, что сделает все, чтобы быть как Кира и жить как Кира. Не важно, когда, но когда-нибудь будет.

Зайдя домой, Инна увидела свою квартиру новым взглядом и грустно вздохнула: под стульями, столом и у стенок стояли банки с закрутками, а обстановка была такой, какую позже Инна будет называть «чистенько, но бедненько».

Диван покрыт самодельным покрывалом, на стульях красовались связанные крючком из старых вещей круглые подстилки. Бумажные обои заметно выцвели, полировка на мебельной стенке пошла волнами и потрескалась, ножка на тумбочке под телевизором была «укреплена» синей изолентой. Полы не паркетные, а покрашенные коричневой краской.