Зеркало Анхелики

Сам дом тоже осел, как-то утратил силу в стенах, казалось, пошел чуть вбок, сине-зеленая краска давно не обновлялась, шифер на крыше порос пожелтевшим мхом, потрескался, кое-где осыпался. Денег на дом давно не тратили. Только стекла в небольших частых окошках сияли чистотой. Кокетливые короткие белые занавески были красиво обвязаны крючком и туго накрахмалены. Хозяйкина рука чувствовалась, хозяина – нет.

Наслышавшись сегодня о лютости Ромкиного отца, Катька опасалась постучаться, да и внутренняя деликатность не позволяла ей поставить Ромку в неловкое положение, наверняка ему было бы стыдно предстать перед ней в синяках.

В таких случаях, когда ты вроде бы жертва, все равно бывает стыдно. И за то, что жертва, и за отца, и за жизнь. Катька устроилась по соседству на похожем парадном крыльце, так же заплеванном шелухой. Сидела и недоумевала: почему не метено у дворов? В городке было принято убирать у двора если не каждый день, то около того. Хозяйки мели ранним утром, еще до ухода на работу, огромными метлами из пушистых ветвей кермека. Непрекращающийся степной ветер каждый день наметал под заборами много сухого сору. Про Ипатовых Катьке было понятно – все болеют, не до чистоты, – а у соседей что? Она разглядывала дом, пытаясь определить, что за хозяева здесь живут. Домик был маленький, на улицу смотрело два окошка; из самана, со двора беленый, а с улицы обитый крашеными досками; резные ставни. В целом чистенький, но очень старый, какой-то усохший. Катька заглянула в щель у калитки: во дворе чисто, у внутреннего крылечка стояли женские войлочные тапочки, аккуратно так стояли, как у Катерины никогда не получалось – у нее обувь разлеталась на метры друг от друга – понятно было, что хозяйка не бежала. Широкое крыльцо выкрашено коричневой краской, чисто вымыто и застелено связанным своими руками круглым половичком, по краям стояли горшки с комнатными цветами: герань, фиалки, алоэ. Бабушка тут живет! – определила Катька по половичку, горшкам, тапочкам и тишине. У бабушек не хватает сил мести за двором каждый день, это всем известно. Она огляделась, посмотрела под крыльцом, увидела бы метлу, подмела бы, помогла старушке, а так только вздохнула и уселась ждать дальше. Ждала до темноты, пока не пришло время идти домой. Никто из Ипатовых не выходил.

Ромки не было в школе еще два дня, и еще два вечера Катька напрасно просидела на бабушкином парадном крылечке, в последний визит застав там чистоту.