Три месяца, две недели и один день

В противном же случае подозрения возникнут сами по себе, лишь из-за озвученного противодействия или отказа, и это будет значительный повод призадуматься.

– Я не решила внезапно стать мамочкой. Ты спросил меня об этом, но тогда я не знала окончательного ответа. Теперь же он есть, и я… Таким образом я подпишу отказ сразу после родов. Но у ребёнка должен быть хотя бы один родитель.

– Ну, если я им являюсь, то тебе ни к чему паниковать, Оливия. Тест это просто подтвердит, и я немедля освобожу тебя от всех было возникших обязанностей.

Правда, это займёт какое-то время, но ты можешь отправляться на кастинги хоть в первый же день. Я позабочусь о ребёнке, и пока мы ждём, – щедрая душа, я почти принимаюсь заверять её ещё и в том, что материально он будет обеспечен на всех жизненных этапах, даже если она потратит все свои сбережения и грядущие поступления по уже подписанным контрактам в течение остающегося срока их действия, и больше не заработает ни цента, но мне не даёт высказаться заигравшая мелодия звонка, который, в отличие от моих попыток связаться, оказывается тут же принятым.

– Да, мама. Нет. Нет, он всё ещё здесь. Мама. Пожалуйста, успокойся, мама. Приезжать не нужно. Он не такой, – они что, полагают, что я тут её избиваю? Но думать так это же просто ужас как мерзко и отвратительно. Я бы никогда. – Я перезвоню позже. Я перезвоню.

– Кстати, о звонках, – говорю я, когда она кладёт трубку, – отныне ты больше меня не игнорируешь. И я всегда должен быть в курсе твоего местоположения.

Мне не понравилось потратить впустую столько времени на поездку к твоим родителям и не обнаружить тебя там.

– Скажи, сколько долларов я должна, и я заплачу тебе за этот чёртов бензин.

– Где ты слышала, чтобы я просил о деньгах?

– Тогда чего ты хочешь? Или тебе обязательно каждый раз вставлять в свою речь что-то такое, что поставит меня на место? Но я и так его помню.

– В таком случае ты знаешь, что мне нужен лишь мой ребёнок. Но если он не мой, то его ждёт приют, – и нет, гипотетически чужого малыша мне нисколько не жаль.

– Для тебя это жестоко, не находишь?

– Ну ты уж точно не лучше, чем я. Неспокойной тебе ночи, Оливия.

Глава 7

– Я выбрала меньшее из двух зол.

– Мы договаривались, что за руль ты больше ни ногой.

– Это ты сказал, что отныне вождение почему-то стало небезопасным, но я что-то не припоминаю, чтобы соглашалась нанимать водителя или пересаживаться на такси. Ах да, наверное, потому, что этого не было.