Проклятье иллюзий

Конечно, благодаря огню в камине, отблески которого плясали на половицах, сооруженное Гарландом ложе нельзя сравнить с холодной землей, но все же…

– Не то чтобы я протестую, но вы уверены, что выспитесь сегодня?

Он пожал плечами.

– Это ничем не хуже походных условий. К тому же, зная, что вы не сможете убежать, не наступив на меня, я буду спать крепче, чем обычно.

Я едва удержалась от кислой улыбки, признавая его правоту. Если со стражниками я могла справиться при помощи дара, то Гарланд представлял реальную угрозу, с которой приходилось считаться.

– Что ж, похоже вы все рассчитали, милорд.

– Брайен, зовите меня Брайеном.

Он отвернулся и без всякой заминки, абсолютно естественно, будто мы были где-то в общественной купальне, сбросил с себя плащ. Я не сразу среагировала, поэтому успела заметить, как на стул рядом со столом легла сначала жилетка, а затем и черная рубашка. Моему взору предстала картина обнаженной, рельефной мужской спины, и я поторопилась прикрыть глаза и отвернуться.

Так, Кейра, дыши глубже! Что ты в самом деле! Мужчин что ли не видела? Вспомни, как часто тренировались маги во дворе отца. Зачастую воздушные стихийники делали это полуобнаженными. Так их дару было легче проявиться, что важно на начальном этапе обучения.

И все-таки таких мужчин я еще не встречала… К чужеродной красоте, которая казалась попросту опасной, как и все незнакомое, примешивалось что-то притягательное, внушающее доверие.

И это происходило не на уровне тела, а… Никак не могу понять, в чем дело.

Я поймала вопросительный взгляд Брайена и тряхнула головой. Ладно, подумаю об этом позже. Я и без того делаю слишком долгие паузы в разговоре. Новоиспеченный муж может посчитать, что ему досталась на редкость глупая, пусть и талантливая жена.

– Что ж, тогда вы можете называть меня Кейрой.

Не оборачиваясь, я избавилась от накидки, но платье снимать не стала.

Так в нем и нырнула в мягкую постель, а затем натянула тяжелое пуховое одеяло до подбородка. Я не боялась Брайена. Он довольно ясно дал понять, что я его не интересую, но спать обнаженной я не привыкла. До трагедии мой шкаф всегда был полон красивыми, шелковыми ночными рубашками, а после… Я предпочитала спать в одежде, потому что никогда не знала, в какой момент придется убегать.