Ведьме в отборе не место!

Мне даже любопытно было взглянуть на историческую родину. Надеюсь, там больше не жгут ведьм?

Я вздрогнула, представив взметающееся ввысь пламя костра, и перевернулась на другой бок. Ничего-ничего, я быстренько. Только выиграю отбор и домой.

«Оптимистка», – сквозь дрему фыркнул Сумрак.

Глава 2

– Травы взяла? А любовные зелья?

Я кивнула и нетерпеливо переступила с ноги на ногу.

– Сумрака не забыла?

Вместо ответа я молча повернулась к маме спиной. Из рюкзака высунулась наглая кошачья морда.

– Мяу!

Мама отстала от меня и, взглянув на часы, принялась нервно ходить по комнате. Недавно часы пробили полночь. Близнецы спали. Тетя Дара тоже легла. Меня провожали бабуля, мама и позевывающая Мойра.

Бартлей опаздывал.

Я окинула себя взглядом: джинсы, майка и ветровка. Не уверена, что именно так должна выглядеть претендентка на руку и сердце короля, но… то проблемы короля. Нечего было устраивать отбор!

– Дозировку любовных зелий помнишь?

Я кивнула. Как известно, нельзя заставить кого-то полюбить, но можно вызвать у него любовное (считай – сексуальное) влечение.

Так что я рассчитывала на легкую победу.

– Мам, все будет хорошо. – Я успокаивающе погладила ее по руке. – Ну что там со мной может случиться?

Мойра оживилась.

– О! Да все что угодно! Тебя может сжечь инквизиция….

Мама едва заметно вздрогнула.

– Сомневаюсь, что она у них еще есть, – сказала я и показала Мойре кулак.

Нашла время подключать аналитическое мышление, пигалица!

– Насчет этого.

 – Мама успела взять себя в руки и посмотрела на меня спокойно. – Никому не говори, кто ты и откуда. За мага ты себя не выдашь: их уровень силы всегда можно увидеть истинным зрением, твой же…

– Силу ведьмы невозможно ни почуять, ни разглядеть, – терпеливо закончила я. – Мама, ты и правда зря…

– Верно, – согласилась она, тоже не дослушав. – Так что пускай все вокруг считают тебя обычной женщиной.

– Полезно, когда враги недооценивают тебя, – скупо уронила бабуля.

Сегодня она надела свой любимый атласный халат, в котором выглядела словно императрица в опочивальне.

Признаться, ей шло.

Мама вновь принялась ходить по комнате. Из-за быстрого шага ее рыжевато-коричневые бархатные пижамные штаны чиркали по темно-серому ковру в гостиной, как головка спички по коробку.

– Связь будем держать через зеркала. Как только сможешь, обязательно позови нас.

– Конечно, мам, – пообещала я, все больше ловя ассоциации с первым походом в ночной клуб.