Скажи мне «нет»

И всё полотно картины от этого сочетания контрастов, оттенков и образов казалось злым, мрачным, наводящим тревогу, и непонятный, необъяснимый, какой-то глубинный страх.

И казалось, вглядись ты в картину чуть более пристально, присмотрись чуть более внимательно, задержи взгляд на лишнюю долю секунды, и поползёт из лесной чащи сумрак, потянет сырым, холодным воздухом, замешанном на горечи прелой листвы и запахе влажной земли.

Зашумит, зашелестит темными листьями мрачный, непроглядный полог. Затрепещут на низких еловых ветвях тонкие, острые иголочки, посыплются вниз зеленым дождём, опадут к лапам черного волка.

И зверь вдруг весь напряжется, потянет носом воздух, поведёт ухом. Встопорщится на загривке жесткая звериная шерсть, полыхнут в сумраке хищные глаза, оскалится пасть, обнажая острые как кинжалы зубы, прочертят в сырой лесной земле борозды длинные когти.

Ещё секунда и прыгнет зверь, прорвётся через полотно холста, кинется на случайную жертву…

И человек из чащи не сможет ничего сделать, не успеет помочь.

Так и останется стоять неясным силуэтом, теряющимся в темноте леса, будет наблюдать, не в силах помешать черному зверю…

Но только дрогнет вдруг сумрак, попятится растерянно. Потому что потянется к волку трепещущий, практически прозрачный, с лёгкими серебряными вспышками свет одной единственной звезды, каким-то неведомым чудом заглянувшей в эту непроходимую чащу. Коснется ласково холки зверя, останавливая, успокаивая, усмиряя.

Я мотнула головой, обрывая непонятную череду воображаемых ведений.

Ощущение было таким, словно я увидела сон наяву, или едва не потерялась в ожившей картине. Несколько раз моргнула. Странное оцепенение спало так же внезапно, как и накатило. Повела плечом, сбрасывая тревожные ощущения.

Бр-р-р-р-р.

Потянувшись, с трудом заставила себя выкарабкаться из уютных объятий дивана. Нужно было еще успеть упаковать полотно в специальную бумагу и пленку, чтобы холст не повредился во время транспортировки. Вот как раз этим и займусь, пока жду своего покупателя.

А заодно… поброжу ещё немного в лабиринтах собственного воображения.

Дело в том, что я почти всегда рисовала людей. Тех же посетителей кофеен, отдыхающих в парках, случайных прохожих. Я изучала их позы, мимику, жесты, каждый раз открывая для себя что-то новое.

Мне нравилось изучать самих людей. Наблюдать, подмечать незначительные детали, анализировать выражение их лиц и одежду. Это всегда казалось мне чем-то поистине захватывающим и невероятным.